Рабство глобальной экономики

После развала СССР наша страна попала в рабство мировой экономики.
Миром управляют денежные потоки и силовые ведомства США. Россия находится в подчинении у глобальных финансовых структур.

Контейнер

Смотреть
Читать

Андрей Паршев 

Рабство глобальной экономики

Видео: http://poznavatelnoe.tv/parshev_global_rabstvo 

 

Собеседники: 

Андрей Паршев (писатель);

Артём Войтенков (Познавательное ТВ, poznavatelnoe.tv).

 

 

Андрей Паршев: Почему Россию не любят? Царская она, коммунистическая или ещё какая-то. Потому что это то же самое, что жить с медведем – он большой. Сейчас он добрый, а потом возьмёт и разозлится. Гораздо лучше, если вместо него будет много маленьких коал, которые сидят на эвкалиптах и никому не мешают.

 

Артём Войтенков: То есть одного медведя делим на кучу маленьких медвежат?

 

Андрей Паршев: Совершенно верно и это безопасно. Когда мы попробуем такое гипотетическое мировоззрение примерить, то мы поймём, что это не какое-то людоедство, а это действительно некая осторожность. Мы до сих пор как некий центр кристаллизации чего-то такого, что Западу не очень нравится. Они все прекрасно понимают, что у нас бывали разные времена и что нынешнее состояние России когда-нибудь может измениться и не обязательно в сторону дальнейшего раздробления. Может быть, что-то ещё произойдёт. 

 

Артём Войтенков: Получается, получается политика США: просто убирать всех сильных, неважно хороший, за них или против них. Если какая-то сила начинает образовываться, то её надо сравнять с землёй.

 

Андрей Паршев: Читайте Плутарха. Помните, там один тиран давал консультации второму, который приехал к нему переговорить, вроде не враги: что надо делать? Они гуляли по полю и первый, ничего не говоря, сбивал те колосья, которые были выше остальных. Они прогулялись туда, обратно, молча, и второй всё понял. 

Кого ни спросишь из старшего поколения, почти все служили или во Вьетнаме, или в Корее, но уже после корейской войны. Там довольно много войск, там армия огромная. Сравнения с Афганистаном никакого нет. У нас максимум было 100 тысяч, а у них под 600 тысяч было. Причём это они ротировались довольно активно. У них огромное количество ветеранов с определённым умонастроением. 

Я бы сказал, что это мышление категориями Холодной войны там никуда не делось. У нас произошёл слом – мы проиграли Холодную войну, и мы теперь другая страна. Мы исправились, мы теперь хорошие. Но американцы остались те же самые: да, мы в очередной раз победили в войне, чего им меняться?

 

Артём Войтенков: Одни говорят, что сейчас миром управляет определённая финансовая верхушка, которая контролирует Международный банк, МВФ и остальные структуры. Другие говорят, что нет, это все эти международные структуры – это фактически всё контролируется США. Собственно говоря, штаб-квартира ООН – там же, в Нью-Йорке. Всё мировое сосредоточено в США. Получается, кто рулит? Либо финансовая управленческая элита рулит США, которые в свою очередь являются таким «мировым полицейским», либо наоборот, США уже управляет этой финансовой структурой.

 

Андрей Паршев: Понятно уже, что миром управляют деньги. Сама практика, когда Сюзерены жили и вели войны на деньги, которые они одалживали у банкирских домов, – эта ситуация тянется со средних веков. Естественно, кто даёт деньги, те во многом влияет и на политику.

ФРС, то есть Центробанк США, – это частный банк, структура владения которым не прозрачна, она является тайной. Предположительно, известно кто владеет и там далеко не все являются американскими банкирами. Там и английские банкиры, и самые разные европейские, и какие-то израильские видимо там принимают участие, то есть это весьма сложная структура. Да и Федеральная налоговая служба в США – это тоже частная организация, которая работает по договору с правительством. Мы когда говорим о секретности, о персональных данных – надо это понимать. 

Но когда спрашиваешь американцев с их тягой к свободе: как же так? Они говорят: эта же система работает...

 

Артём Войтенков: Так она на них работает, собственно говоря. Она выпускает доллары на весь мир.

 

Андрей Паршев: Довольно многие американцы, тем не менее, считают, что на самом деле их страной управляют именно английские банкиры, а Америка выступает при них в роли такого секьюрити у входа.

 

Артём Войтенков: Такой большой.

 

Андрей Паршев: Большой, сильный. Он что-то там получает очень неплохо. Есть такая версия, трудно её полностью опровергнуть или абсолютно точно доказать именно по той самой причине, что мы можем сходить в Конгресс США и поприсутствовать на заседании, послушать как препираются конгрессмены. Там на антресолях есть места для посетителей. А когда идёт сессия МВФ, то там по улице идут кордоны оцепления и к самому зданию не подпускают никого. Поэтому как в этой ситуации сказать: кто там чем на самом деле владеет?

Поэтому когда у нас в Советском Союзе говорили, что на Западе власть капитала – это, наверное, самая точная формулировка. Как оказалось, в советское время про капитализм нам говорили правду. 

 

Артём Войтенков: Да. Сейчас чем больше живёшь, тем больше убеждаешься, что говорили сущую правду. Единственное, что говорили скучно и нудно, а по сути – всё верно.

 

Андрей Паршев: Да, поскольку мы все люди подозрительные, всегда думаем: наверное, нас обманывают...

Куда идёт мир в этой ситуации? Есть разные взгляды. Есть апокалипсические взгляд, что всё рухнет. Непонятно, правда, как рухнет. Я лично считаю, что процесс очень интересный. К чему он приведёт? Наверное, всё-таки к объединению всего человечества, то есть в среднем все будут жить беднее, чем сейчас. Но при этом произойдёт выравнивание таких уровней жизни в разных регионах. Собственно, оно сейчас уже происходит. 

Скажем, в Китае сейчас идёт резкий рост зарплат. Там уже сейчас зарплаты на производстве значительно выше, чем гарантированная минимальная зарплата у нас в стране. Во всяком случае, в Приморских провинциях выше. Причём это идёт на десятки процентов ежегодно. Уже значительная часть мирового автопрома реализует свои машины в Китае. Четверть, по-моему. Где-то с прошлого года.

 

Артём Войтенков: Неужели китайцы для себя машины делают?

 

Андрей Паршев: Да, они делают машины для себя. Это, кстати сказать, была очень большая задача, потому что у них экспортно-ориентированная экономика. Удастся ли им замкнуть своё производство на свой рынок – это был очень интересный момент. Но судя по всему удаётся. Это приведёт к тому, что не будет уже такой дешёвой рабочей силы нигде. 

В чём была, как часто её называли, ошибка Маркса? Хотя это не ошибка, просто Маркс строил некоторую модель на материале Западной Европы и Северной Америки. В общем, там все сравнения такие идут. Но потом мир стал меняться. Что-то дал Генри Форд в плане высоких зарплат у рабочих, что-то глобализация дала. Сейчас мы снова возвращаемся к марксовой схеме. 

Мы, наверное, уже не увидим регионов с дешёвой рабочей силой. Мы, наверное, увидим ужасную эксплуатацию работников работодателями. Собственно говоря, мы это сейчас уже наблюдаем кое-где у нас в стране – никакой КЗоТ не действуют. Это будет некий исторический анекдот, если мы опять вернёмся к марксовой ситуации. Тем не менее, это вполне возможно.

 

Артём Войтенков: Получается, Европа и США опустятся, станут беднее, а Китай и весь Восток поднимутся?

 

Андрей Паршев: Да, примерно так. Есть, конечно, некоторые страны, которые маловероятно поднимутся вообще когда-нибудь. Например, Центральная Африка. Там есть огромные регионы, которые сейчас в некотором смысле менее исследованы, чем они были до эпохи географических открытий. Как говорится, «белый человек» туда не поедет. Там идут войны, в которых противника могут не просто убить, а ещё и съесть. Причём эта «чёрная зона» всё расширяется, там идут межафриканские войны. Но это уже другой немножко вопрос. 

 

Артём Войтенков: Как вы считаете, глобализация – это исторический процесс, он сам по себе идёт, либо это навязанная кем-то общая глобализация земли?

 

Андрей Паршев: Конечно, торговые пути, распространение технологий – это процесс вполне объективный. Понятно, что человек, как существо мыслящее и разумное старается всякие границы преодолевать – это одна сторона вопроса. Понятно, что в нас живёт любопытство и не только к чему-то отвлечённому, но и к материальным продуктам. Собственно, торговля, причём очень дальняя, существовала и в каменном веке, как археологи нам говорят. 

Другой вопрос, что при всём при этом, мы не слились в единое человечество. Мы делимся на какие-то этносы, на государства. Кроме своих индивидуальных потребностей мы должны волей или неволей ориентироваться и на интересы нашего сообщества, будь это семья, клуб по интересам или общества в рамках некой страны. Там уже вполне возможна ситуация, что нужно какие-то защитные механизмы вводить. Для чего? Потому что главная задача любого современного государства – это дать работу своим гражданам. Если государство этой своей обязанности не выполняет, значит, оно и недостойно существовать.

 

Артём Войтенков: Это хорошо. Но с другой стороны, всё-таки глобализацией кто-то управляет или она идёт сама собой?

 

Андрей Паршев: Как не управляет? Есть огромные организации, которые занимаются регулированием мировой торговли для того, чтобы она была всё более и более свободной – это ВТО. Кроме того, есть и другие организации, которые, скажем так, следят. Они пытаются распространять более-менее единые социальные стандарты по всему миру. Так что с одной стороны он, конечно, стихийный процесс глобализации, а с другой он и немножко управляемый.

Рулит там также во многом экономический интерес. О том, что капиталист стремится в те места, в которых он ещё не присутствует – об этом и во времена Маркса говорили, да и до того это было известно. Ради интереса можно почитать материалы пленумов ЦК ВКП(б) 30-х годов, где процесс именно вывоза промышленного капитала в новые районы уже отмечался. 30-е годы ХХ века. 

 

Артём Войтенков: Получается, глобализация по сути дела проводится в интересах капиталистов?

 

Андрей Паршев: В общем, да. Причём хотя её ведут промышленные капиталисты, но наиболее заинтересованные видимо финансовые.

 

Артём Войтенков: Они стоят за промышленными.

 

Андрей Паршев: Конечно, как мы изображаем буржуя в цилиндре. Что же реально делает предприниматель? Как правило, у него нет денег на своё новое предприятие – он идёт к банкиру с бизнес-планом. Приходит к банкиру: «Дайте кредит». – «Давайте посмотрим ваш бизнес-план. На какую прибыль вы рассчитываете?» – «Через три года я надеюсь выйти на прибыль в 4%». – «Хорошо. Мы даём вам кредит: три года льготного периода, а потом вы платите 3,5% годовых». И как говорится вопрос: кто капиталист? Причём это, как правило, всё под залог. Банкиры ведь не теряют своих денег. 

Вот так устроен современный мир. Это всё отображено и в художественной литературе, и в американских фильмах. Естественно, Голливуд снимает это всё в оптимистическом ключе, но стандартный сюжет: некий завод, герой в условиях глобализации банкротится, приезжает губернатор и начинает втирать рабочим очки, что грядёт глобализация, надо развиваться и идти вперёд, а здоровенные негры-рабочие стоят, смотрят на него.

 

Артём Войтенков: У них в последние десятилетия много глупых боевиков, где действия происходят в заброшенных заводах. 

 

Андрей Паршев: Да. 

 

Артём Войтенков: Там уже пустой, брошенный завод, а они стреляют друг в друга, убивают.

 

Андрей Паршев: Так это не заводы, это целые города. Это в каком-то смысле влияет на искусство, потому что такую площадку для съёмок там очень легко раздобыть. Практически ничего не стоит, а это довольно существенный момент. Поэтому есть все эти «робокопы».

Понимаете, там некоторое время этот процесс был в каком-то смысле не негативный, а позитивный. Эта мобильность населения, мобильность производства они позволяла американцам даже наоборот в экономической гонке где-то занимать лидирующие позиции. Но, видимо, последний такой момент был, когда Силиконовая долина создавалась, которая сейчас тоже не лучшие времена переживает. Мне знакомые говорили, которые там бывали. 

Был период. Ведь собственно, кто всю электронику разработал? Западные европейцы и американцы, но многие вещи производили не они. А сейчас и разрабатывают тоже уже там, и программное обеспечение для «железа» тоже уже делают там. Определённая проблема есть. Есть брошенные города и у нас тоже они есть, но совсем в чистом виде это только в Америке можно наблюдать. 

 

Артём Войтенков: Вы в своей книге «Почему Россия не Америка» это очень хорошо описали. Капитал уходит туда, где выгодно производство. В условиях ВТО и глобализации понятное дело, что будет распределено по разным странам. В каждой стране можно будет производить, и добывать что-то определённое. Независимых стран, получается, уже нет. Каждая страна зависит от уже нескольких других. 

 

Андрей Паршев: Вопрос: зависят ли они от стран или от чего-то другого. Понимаете, страна с монокультурой. Можно ли сказать, что она зависит от потребителей? Очень часто она зависит от того, у кого она берёт кредиты. Ведь у нас мало кто знает, что наши нефтяные компании, даже «Газпром» - крупнейшие должники.

 

Артём Войтенков: Кому?

 

Андрей Паршев: Английским банкам, например.

 

Артём Войтенков: Частным?

 

Андрей Паршев: Частным. Грешным делом я даже не знаю, есть ли там государственные...

 

Артём Войтенков: Собственно, сам Банк Англии стал частным ещё с XVIII века. 

 

Андрей Паршев: Совершенно верно. И там есть целое направление по кредитованию наших нефтяников. У меня есть знакомые, которые там работают. 

 

Артём Войтенков: Опять всё не наше если что?

 

Андрей Паршев: Да. 

 

Артём Войтенков: А как же быть тогда?

 

Андрей Паршев: Мы в этот мир вошли, совершенно не зная его и отчасти не желая знать. По-хорошему, нам некоторых советников надо было хотя бы морально наказать, кто по экономики. Но, в обще-то виноваты мы все сами из-за того, что отнеслись легкомысленно и наплевательски к собственной судьбе. 

Что сейчас делать? Если мы сейчас вошли в мировую финансовую систему, а мы в неё вошли. Карточки кредитные, на которые мы зарплату получаем – это же всё не наше, и банков наших нет. Это кажется, что есть российские банки. На самом деле, это розничные подразделения американских банков, за некоторым исключением.

В современном мире некому бросить вызов этой единой финансовой системе. Возможно, рано или поздно Китай свою альтернативную банковскую систему создаст. Имеется в виду мировую, потому что сейчас она уже есть у них. Они хорошо умеют работать и держать оборону. Как говорят по слухам, Сорос хотел там свои комбинации провести, как он с английским банком провёл. Но с китайцами не получилось. 

Любой финансовый рынок формируется в первую очередь вокруг экономики. Что такое деньги? Деньги – это квитанция на получение неких товаров. Соответственно, если товары не производятся, то какие бы деньги красивые не были и сколько бы ты их не напечатал – смысла в них нет. Поскольку Китай где-то сейчас, наверное, уже на первом месте по производству. Я думаю, что где-то около четверти мирового производства он обеспечивает, а то и побольше. Вполне возможно, что китайская валюта как раз и является некой альтернативой. Есть смысл нам, по крайней мере отчасти, к ним присоседиться.

 

Артём Войтенков: Так Путин про это и говорил.

 

Андрей Паршев: Понимаете, наша беда в том, что у нас совершено нет прогнозного мышления. Обычная ситуация для нас: взорвали поезд – надо вводить процедуры безопасности на железнодорожном транспорте, а почему не до этого?

 

Артём Войтенков: Пока не клюнет...

 

Андрей Паршев: Да, это всё политика жареного петуха.

 

Артём Войтенков: Получается, что все страны уже зависимы от мировой финансовой системы, экономической глобализации. 

 

Андрей Паршев: Бинго.

 

Артём Войтенков: А что делать? Ложиться под них?

 

Андрей Паршев: А уже там.

 

Артём Войтенков: Хорошо, мы поняли, что мы там. Как нам пытаться оттуда вылезти?

 

Андрей Паршев: Понимаете, сейчас очень простая ситуация: не дадут очередных кредитов для обслуживания уже взятого.

 

Артём Войтенков: Чтобы проценты погасить на взятое?

 

Андрей Паршев: У нас же идёт непрерывное перекредитование. У нас государственных долгов немного, но полно долгов у тех, кого государство так или иначе вынуждено гарантировать. Например, обанкротится «Газпром». Разве российское государство допустит, чтобы его забрали за долги?

 

Артём Войтенков: Не допустит. 

 

Андрей Паршев: Понятно, что нет. Что делать? Вести свою некую самостоятельную политику. 

 

Артём Войтенков: А как её можно вести, если всё по уши в кредитах? Глобализацией мы завязаны на иностранные товары. 

 

Андрей Паршев: Понимаете, об этом говорилось двадцать лет назад. Сколько можно говорить? Вот всё и идёт к этому. Что наша страна скатывается в положение сырьевой державы.

 

Артём Войтенков: Я вас прекрасно понимаю. Вы свою книгу написали больше двадцати лет назад. Я её недавно перечитал и всё, что вы писали, оказалось правильным.

 

Андрей Паршев: Причём сложного ничего нет. Там не некая «баба Ванга» что-то предсказала. Там всё – вещи очевидные. Что делать? Экономические интересы – это сложно. Например, «мне нужно грузило на донку» и отвинчивает гайку от железнодорожного пути, потому что у него такой интерес «вот мне надо». Мы же с умом – не все подряд, а через одну отвинчиваем.

 

Артём Войтенков: СССР валили осознанно и не без помощи тех же Штатов. 

 

Андрей Паршев: Вы знаете, как говорил Пелевин и он прав, что заговор против Советского Союза существовал. Проблема только в том, что в этом заговоре участвовало всё население Советского Союза. 

 

Артём Войтенков: По крайне мере, какая-то часть вверху участвовала. 

 

Андрей Паршев: Да, конечно. Это отдельная тема кто вверху участвовал и почему, но это действительно так. Однако американцы не смогли бы нам ничего сделать, если бы мы сами немножко понимали эту ситуацию. Понимаете, подержанная иномарка – это до сих пор для среднего избирателя...

 

Артём Войтенков: Это лучше по качеству, чем наш автомобиль.

 

Андрей Паршев: На самом деле это не так, но неважно. Таких «мерседесов в рассрочку» очень много. Наш автопром в некотором смысле это приговор тем, кто руководит нашей экономикой. Я не хочу сказать, что у нас очень плохой автопром, просто он имел предпосылки стать лучшим во всём мире. У нас есть совершенно уникальные машины: КамАЗы, Нивы, газели очень неплохие.

 

Артём Войтенков: А БелАЗы, кстати, до сих пор спросом пользуются.

 

Андрей Паршев: Но это уже не наши.

 

Артём Войтенков: Были наши. 

 

Андрей Паршев: Это иномарки. Так всё спросом пользуется на самом деле. Жигули «четвёрка» (ВАЗ-2104) до сих пор надо сказать по потребительским качествам отличная машина для мелкого бизнеса. Понимаете, те, кто руководил нашей экономикой последние двадцать лет, они даже из нашего автопрома не смогли сделать что-то приличное. Даже не хотели. По-моему, автопром вопреки государству выжил. Деньги какие-то давали, но неизвестно. Что там только не делали, даже беспошлинный ввоз автохлама был. Но как-то он уцелел. История нашего автопрома – это один из приговоров экономической политики последних двадцати лет. Но того, что у нас погибло, уничтожено – целая пачка. 

 

Артём Войтенков: Андрей Петрович, а что же делать? Большинство населения поняло, что мы попали в большую яму, если не сказать хуже. 

 

Андрей Паршев: У нас страна демократическая. Влиять на политиков, выбирать правильных политиков, не выбирать неправильных.

 

Артём Войтенков: Хорошо, а что сделает политик? Пусть он правильный, умный, хороший, он всё понимает, но откуда ему взять деньги, чтобы выкупить тот же «Газпром», все остальные предприятия, наладить все производства? Это же всё надо делать, но на это нужны деньги, а где деньги? Деньги все в ФРС и МВФ, а они просто так не дадут. 

 

Андрей Паршев: Конечно, не дадут.

 

Артём Войтенков: Получается замкнутый круг.

 

Андрей Паршев: Да, действительно. Вот такая ситуация. 

 

Артём Войтенков: Получается, из-за ошибки предков...

 

Андрей Паршев: Это не ошибка. Это преступление, причём самоё тяжёлое из всех, какое только можно себе представить. Никакой Чикатило рядом не валялся с тем, что делалось. Причём делалось сознательно, там дураков мало. Были, но мало.

 

Артём Войтенков: Самое интересное, что я видел последователей Гайдара из Института Гайдара в Политехническом музее, они  объясняли: почему Советский Союз должен был развалиться. У них даже был подзаголовок «Как всё это было». И толстые книги Егора Гайдара стоят в магазине на подобии «Неизбежность развала СССР», где у него цифры, таблицы и где он объясняет, почему СССР должен был рухнуть. 

 

Андрей Паршев: Вы знаете, в английской юриспруденции давно есть образ «служба коронера» - это специфический эксперт, который определяет причину смерти: естественная смерть или нет. Это ключевой момент в делах об убийстве, потому что он определяет дальнейшее расследование. Там говорят, что когда жизнеспособный и могучий организм неожиданно умирает, то вообще-то первая версия, которую следует рассматривать – это убийство. Остальные – это уже потом. А кто эту версию рассматривал?

Единственное, в чём можно согласиться с Гайдаром – разное о нём говорят, но некоторые вещи он понимал – в том, что решения, которые привели к смерти Советского Союза, были приняты не в 1991-1992 годах, а немножко раньше. Совершенно конкретно это 1986-1987 год. Принимали эти решения не Гайдар и даже не Чубайс. Этих решений было в принципе два:

1) закон о малых предприятиях, который проделал дырку между безналичным и наличным обращением, там прибыль малых предприятий могла конвертироваться в наличку;

2) отмена монополии внешней торговли. Когда фактически владельцы заводов, те самые «красные директора», получили право продавать сырьё, которое у них было. И 70% сырья было продано за считанные месяцы, что привело к 70% невыполнению плана, а за невыполнение плана ответственность сняли с этих предприятий. Вот и всё. Как правило, было какое-то малое предприятие при каком-то заводе. Бухгалтер малого предприятия за месяц мог Жигули тогда купить. 

Так что это были такие экономические звоночки. Были и некоторые звоночки до того. У нас фонд зарплаты рос быстрее, чем производство товаров народного потребления при фиксированных ценах. Это ещё, по-моему, захватил в последние годы жизни Брежнев. Отмечалось это уже. Поэтому что тут говорить? Всё сложно, всё непросто.  

Возвращаясь к началу нашей беседы – у нас проблем, на самом деле, не меньше, чем у кризисного мэра Детройта. 

 

Артём Войтенков: Да у нас их, наверное, больше. Ему денег дадут, а нам-то...

 

Андрей Паршев: Да. Это в традициях нашего государства. Оно с самого начала рассчитывало только на собственные силы. Своих не бросали нигде – это политика ещё московских князей, но рассчитывали только на себя. 

 

 

Стенограмма видеозаписи подготовлена компанией «Орфографика» (http://орфографика.рф).

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение.

 
Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (299 мб)
Видео MP4 640x360 (116 мб)
Видео MP4 320х180 (66 мб)

Звук:
( мб)
( мб)
Звук 64kbps MP3 (14 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (15.72 КБ)
FB2 (43.65 КБ)
RTF (130.53 КБ)