Тонкости беременности

Что нужно знать беременным, о чём не всегда рассказывают в женской консультации.
Вредно ли УЗИ для ребенка, какие принимать витамины, как и сколько есть, когда гулять и сколько спать - а так же другие полезные советы и опыт многодетной мамы.


Контейнер

Смотреть
Читать

Ирина Волынец

Тонкости беременности

Видео http://poznavatelnoe.tv/ivolin_tonkosti_beremennosty

 

Собеседники:

Ирина Волынец - мама четырёх детей, координатор программы "Русский миллиард"

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv

 

Артём Войтенков: Ирина, мы с тобой в прошлый раз говорили о ведении беременности, о женской консультации. Я думаю, стоит продолжить тему. Мы не обсудили УЗИ, ультразвуковое исследование. Что такое УЗИ, в принципе, для чего оно нужно, полезно это, не полезно. Твой опыт взаимодействия с этой страшной штукой. 

 

Ирина Волынец: В чем польза УЗИ. Это диагностическая процедура, которая, конечно, существует не для того, чтобы определить пол ребенка, а для того, чтобы выявить страшные отклонения на разных стадиях беременности. УЗИ за время беременности производится три раза стандартно, если у женщины всё в порядке. Сначала это УЗИ воротниковой зоны, потом это УЗИ развития плода общего. Третье УЗИ - для выявления каких-либо проблем в расположении плода. 

 

Говоря о пользе УЗИ, нельзя не сказать о том, что это раннее выявление патологии, которая в каких-то самых крайних случаях может дать врачу очень важный сигнал. Это то, что связано с диагностической задачей УЗИ. 

 

Конечно, сейчас очень много говорят о том, что УЗИ является вредным. Даже не будем сейчас брать в расчёт религиозные соображения, мы будем говорить только о вреде для здоровья плода. 

 

Артём Войтенков: Ты считаешь, что есть вред для здоровья? 

 

Ирина Волынец: Есть противоречивая информация, но каких-то доказательств, которые меня бы убедили в том, что это вредно, я не увидела. Конечно, если смотреть на плюсы и минусы, взвешивать как на весах, то моё личное мнение (я не считаю, что это мнение должно быть принято всеми безраздельно) – УЗИ делать нужно. Потому что какие-то патологические состояния можно исправить благодаря тому, что вовремя врач получает необходимую информацию. 

 

Артём Войтенков: Ты со всеми детьми делала по три раза УЗИ, или меньше, или больше? 

 

Ирина Волынец: Я делала со всеми детьми УЗИ три раза и ничего такого страшного про УЗИ я сказать не могу.

 

Артём Войтенков: Это с одной стороны. С другой стороны, если находят какое-то отклонение, УЗИ начинается чуть ли не еженедельно. 

 

Ирина Волынец: УЗИ начинается часто. Но его не от хорошей жизни проводят, не для того, чтобы кого-то лишний раз побеспокоить и не для того, чтобы… Вот как говорят, что УЗИ беспокоит ребёнка, когда он находится в теле матери. Не для того, чтобы ему какой-то дискомфорт доставить. Есть целые телевизионные программы, где показывают, как под воздействием УЗИ начинает плод двигаться более активно. Наверное, всё-таки он что-то ощущает. Потом, какой именно вред - не могут пока каких-то вразумительных доказательств предоставить.

 

Артём Войтенков: Давай с технической стороны посмотрим, что такое УЗИ. Это ультразвуковые колебания, колебания воздуха или…

 

Ирина Волынец: Звуковых волн. 

 

Артём Войтенков: Какой-то среды, которая находится выше порога человеческого слуха. То есть, человек их не слышит, а техника ловит эти отражённые, даёт картинку. В принципе, моё мнение, что излишнее какое-то облучение чем-либо, пусть даже ультразвуковое, по большому счёту, не полезно. Например, в "Технике молодёжи" (был такой в Советском Союзе очень известный журнал) я наткнулся на статью, как грызунов уничтожали ультразвуком. Именно уничтожали. Это описывалось, как хорошая технология. В каком-то свинарнике, курятнике подбирают частоту под мышей и насекомых…

 

Ирина Волынец: Да, комаров так уничтожают, кстати, тоже.

 

Артём Войтенков: Воздействуют именно на их какой-то орган, на мозг или ещё на что-то, а свиней, кур она не затрагивает. Они всё это облучают, всё дохнет, кроме того, что нужно. Вроде как, хорошо. Я просто к тому говорю, что ультразвуком можно и убить, это технология такая.

 

Ирина Волынец: Даже есть ножи, по-моему, ультразвуковые. Понятно, что технические параметры орудия убийства тех же самых грызунов, наверное, всё-таки отличаются от тех параметров, которые используются в медицине. 

 

Артём Войтенков: Второй вопрос. Дело в том, чтобы понять, вредно УЗИ или нет, надо проводить огромнейшие исследования на протяжении многих лет…

 

Ирина Волынец: И даже многих поколений. 

 

Артём Войтенков: Да, если ребёнка облучали в утробе мамы, надо следить, по крайней мере, лет 15 за его развитием, а то и 20, и смотреть, какие у него отклонения. Если есть какие-то отклонения: УЗИ ли это вызвало или это вызвало что-то другое? Это надо огромное количество людей исследовать за длительное время. Естественно, этим никто не занимается и заниматься вряд ли будет, потому что это очень дорого и кому это надо. Поэтому доказательств вреда вроде как нет, но и доказательств того, что это безвредно, тоже нет. Они кратковременные. Вот мы ребёнка облучили, смотрите, родился. Вроде ничего. Нормально, пойдёт. На долгосрочную перспективу никто ничего не знает. Я со своей стороны считаю, что чем меньше ребёнка облучают этой штукой, тем лучше. Да, мы делали тоже УЗИ. В первую беременность, это был 2000-й год, там только УЗИ появились, там такие очереди были. Полдня надо было стоять, как минимум, в этой больнице. Во второй раз мы с женой у нас уже до обсуждения такого. Она говорит: "Надо сделать УЗИ". Я говорю: "Не надо". "Давай сделаем!" 

Я говорю: "Не надо".

 

Ирина Волынец: Чтобы в очереди не стоять или чтобы…

 

Артём Войтенков: Нет, сейчас уже проще. В женской консультации бесплатно – там очередь на три месяца. Если платно, за 500 рублей, приходишь, тебе тут же делают. Всё просто. Мы очень долго это обсуждали: будем делать УЗИ или нет. Мы сделали, по-моему, тоже три раза положенные.

 

Ирина Волынец: Три раза. Слава богу, что не пришлось делать каких-то дополнительных исследований, но очень, скажем так, тяжёлые неприятные заболевания обнаруживаются уже на первом УЗИ. Например, синдром Дауна. 

 

Артём Войтенков: Я поэтому и был согласен на то, что мы УЗИ сделаем минимально необходимое количество раз. Мы сделали первое УЗИ. Всё хорошо? Всё хорошо. 

 

Ирина Волынец: Потом сказали, после 11 недель: "Приходите, когда будет 22 недели".

 

Артём Войтенков: Я, честно говоря, был против даже второго УЗИ. Я был за то, чтобы сделать УЗИ непосредственно перед родами, чтобы понять, что всё хорошо, что он в правильном положении. 

 

Ирина Волынец: Плацента там…

 

Артём Войтенков: Что пуповина вокруг шеи не обмоталась. Я в этом хотел быть уверен, поэтому я согласился, что мы уже недели две перед родами, мы делаем последнее УЗИ. Другие соображения. Если у тебя четыре беременности, тебе делали УЗИ 12 раз.

 

Ирина Волынец: Да, я осталась жива.

 

Артём Войтенков: Это хорошо. Это мы наблюдаем. Но, с другой стороны, скажи, сроки, которые ставит врач, который делает УЗИ, всегда совпадали с настоящими сроками?

 

Ирина Волынец: В общем и целом – да. Разница буквально пару дней. Но у меня всё, я и школу закончила с медалью, у меня всё по плану, по графику. Но, и, значит, они правильно определяют.

 

Артём Войтенков: Мы заметили такую штуку… Мы точно знали день, когда произошло зачатие, мы заметили, что УЗИ, по крайней мере, врачи ошибаются где-то на две недели.

 

Ирина Волынец: Они же не ставят срок зачатия, они ставят дату родов. 

 

Артём Войтенков: Да, и они с этой датой ошибаются. 

 

Ирина Волынец: У вас дата родов совпала с той датой, которую они поставили?

 

Артём Войтенков: Кто определяет роды – не известно. Но мы к этому вопросу вернёмся ближе к родам. На самом деле, дата родов не должна быть точно девять месяцев, как положено. 

 

Ирина Волынец: Конечно, от 38 до 42 недель норма. 

 

Артём Войтенков: Он ставит срок, сколько осталось до родов, это можно высчитать, обратно отсчитывая. Мы первый раз приходим. Он определяет неправильно, ошибается на две недели. Второй раз приходим к тому же врачу. Он определяет правильно. Третий раз приходим. Он опять определяет неправильно, ошибается на две недели. А мы-то точно знаем когда. То есть вот этот метод… Я не очень знаю, по чему они смотрят, там по плаценте… 

 

Ирина Волынец: Они смотрят исключительно по размерам плода. 

 

Артём Войтенков: По размерам плода, там еще что-то, еще какие-то вещи есть дополнительные для специалистов. 

 

Ирина Волынец: Его размеры и вес. Они же высчитывают его вес, исходя из объемов. 

 

Артём Войтенков: В общем, они ошибаются. Это на самом деле важно, потому что от этого ставят еще дату родов, когда женщина должна рожать. 

 

Ирина Волынец: Дата родов – это не самая главная задача УЗИ. 

 

Артём Войтенков: Это не самая главная задача УЗИ, но потом, на последующем (мы об этом, наверное, в следующий раз поговорим) это может оказаться очень важным. Поэтому я специально говорю для людей, которые не очень точно знают дату, когда они забеременели (такое бывает), что УЗИ тоже с этим ошибается.

 

Ирина Волынец: Да, потому что ребёнок - это не робот, и он развивается неравномерно. В какой-то период времени он может развиваться более динамично, а в какой-то период времени чуть-чуть приостанавливается. Это нормально.

 

Артём Войтенков: Я не навязываю. У тебя своё мнение. Ты считаешь, что УЗИ надо делать. Я считаю, что УЗИ надо делать как можно реже, так как любая техническая штука не полезна для нашего биологического тела. 

 

Ирина Волынец: Нет, я тоже считаю, что его надо делать как можно реже. Но если его надо делать три раза во время беременности, наверное, это выверенная необходимость. Если ты знаешь о том, что перед родами надо посмотреть, не было ли обвития пуповины вокруг шеи ребёнка, то, возможно, второе УЗИ которое проводится от 18 до 22 недель, наверное, там тоже есть какие-то важные параметры, которые не на слуху, но позволяют врачу сделать какие-то важные выводы. 

 

Артём Войтенков: Наверное, есть, наверное, нет. Мне некоторые люди рассказывают, что они вообще УЗИ не делали.

 

Ирина Волынец: Слава богу, если у них всё замечательно.

 

Артём Войтенков: УЗИ, кстати, стали делать, начиная только с 2000-го года. До этого же не делали УЗИ никакого. Всё нормально было. 

 

Ирина Волынец: Раньше роддомов не было, рожали в банях.

 

Артём Войтенков: Да, кстати, население росло, в банях рожали. Сейчас роддома есть, УЗИ есть, техника есть, а население убывает. 

 

Ирина Волынец: Сейчас, кстати, повышается процент домашних родов опять.

 

Артём Войтенков: Про это мы тоже поговорим в будущем. Другой вопрос к тебе. Было бы интересно проверить мои наблюдения. У тебя дети одинаковые по поведению, темпераменту?

 

Ирина Волынец: Конечно, нет. 

 

Артём Войтенков: Все разные? 

 

Ирина Волынец: Конечно. 

 

Артём Войтенков: Скажи, ты когда была ими беременна, ты чувствовала, что твое поведение походило на того ребёнка, которого ты носила? 

 

Ирина Волынец: Нет, такой связи нет. Каждый ребёнок рождается со своим темпераментом, со своим характером. Я никогда не наблюдала, что есть какая-то связь между течением беременности, моим настроением, моим поведением во время беременности, моим каким-то родом деятельности и между характером этого ребёнка.

 

Артём Войтенков: Может быть, ты просто такая. А я наблюдал. У нас не четверо, а двое. Первый он такой достаточно шустрый, подвижный. Когда жена была им беременна, мы ходили в соседний городок к родственникам. Шесть километров туда, шесть километров обратно, пешком. До восьмого месяца мы ходили. На девятом уже как-то нет, а до восьмого месяца туда, сюда. Причем она как-то… Я еще так удивлялся – ничего себе, некоторые лежат при беременности. А она ходит, полы моет, что-то делает, делает. Ну, как это, думаю, ну, ладно. Для меня это первый раз, думаю, нормально, наверное, как-то для нас это должно быть. Я думал, что это в порядке вещей. Она не стеснялась живота. Мы ходили по улицам совершенно спокойно. Когда она уже вторым ребёнком была беременна, ребёнок по характеру гораздо спокойнее. Вот таких прогулок не было ни одной. 

 

Ирина Волынец: Потому что она стеснялась живота?

 

Артём Войтенков: Нет, вообще просто не хотелось ходить.

 

Ирина Волынец: Может быть, не было такой возможности, потому что у нее был другой ребенок на руках.

 

Артём Войтенков: Нет, он уже большой. Какой на руках? У нас разница большая между ними. Нет, не в этом. Просто не хотели. Гуляли мы по утрам, пока никого нет, все еще на работу, либо спят, а мы гуляли, чтобы никто нас не видел. Ещё живот прикрывали. Я действительно увидел, что характер ребёнка влияет на маму.

 

Ирина Волынец: Или наоборот.

 

Артём Войтенков: Нет, вот именно характер ребёнка. Может быть, моя жена такой более восприимчивый человек. Ты вот общественной деятельностью занимаешься, такой, ух, человек. Она гораздо спокойнее. Может быть, просто она это воспринимала в большей степени? Ещё такое интересное наблюдение. Первый мой ребёнок ест макароны каждый день по нескольку раз. Дети многие любят макароны, но это ужас какой-то, я считаю.

 

Ирина Волынец: Итальянец. Вы в Италию не ездили беременные, случайно?

 

Артём Войтенков: Нет, не ездили мы вообще никуда. 

 

Ирина Волынец: А итальянцы есть знакомые?

 

Артём Войтенков: Нет. Ни знакомых, ни родственников, вообще никого. 

 

Ирина Волынец: Какой-то случайный прохожий. 

 

Артём Войтенков: Когда жена была беременная первый раз, она эти макароны тоже ела каждый день. Я после этого макароны невзлюбил, когда меня макаронами начинают кормить каждый день. Еще до этого мы были в экспедиции на Кавказе, где тоже макароны, я после этого макароны терпеть не могу. Но, тем не менее, она ела эти макароны постоянно, каждый день. Он родился, достиг макаронно-едального возраста и тоже ест эти макароны каждый день. Потом, когда первые роды прошли, какое-то время прошло – всё, у неё эта макаронная едальня закончилась. Она их в совершенно нормальном распорядке ест, пару раз в неделю

 

Ирина Волынец: Ну, хотелось ей просто в какой-то период.

 

Артём Войтенков: Но я просто заметил эту взаимосвязь. Это очень чёткое явное дополнение к нашим походам, беганиям и всему такому прочему. Возможно, у некоторых мам такого нет, что ребёнок на них влияет. Но я хочу сказать, что на некоторых мам наверняка это влияет. Если вы заметили какую-то смену в своём поведении, возможно, это на вас влияет ваш будущий ребёнок, который находится с вами в одном теле.

 

Ирина Волынец: Да, но имеет автономную систему кровообращения. Вот, например, бывает, что группа крови и резус-фактор у ребёнка отличаются от матери. Только потому, что совершенно автономная кровеносная система. Даже в случае каких-то страшных заболеваний, которые передаются через кровь, если происходит заражение ребёнка, то не во время внутриутробного развития, а именно во время родов, когда могут быть какие-то повреждения и ребёнок таким образом через кровь, которая поступает через ранки на теле. Но это небольшое отступление от темы. 

 

У меня такое наблюдение. Столько, сколько со старшим ребёнком, я не гуляла никогда во время беременности. Я гуляла с ней также очень много, когда она родилась. У меня была книжка, инструкция, я её читала и делала всё, как написано там. На сегодняшний день моя старшая девочка готова приложить все усилия, чтобы только не идти гулять. Особенно, если на улице холодно: зима, осень, весна. Летом ещё куда ни шло, за компанию можно. Она придумает тысячу причин: и уроки надо делать, и мультфильм посмотреть. Гулять она не любит.

 

Артём Войтенков: Интересная причина: я буду делать уроки и не пойду гулять. Что у тебя за ребёнок такой? 

 

Ирина Волынец: Как-то не хочется давить, но как-то вообще не хочу. Она совершенно не любит мясо. Накормить её мясом – это огромный труд. Я во время первой беременности ела мясо тоннами, мне хотелось. Потом такого не было. Другие дети любят мясо, хотя я так уже не фанатела от него во время последующих беременностей. Поэтому может быть просто у вас совпадение, что вы гуляли и ребёнок подвижный. 

 

Артём Войтенков: Скажи, ты гуляла, потому что тебе хотелось или потому, что тебе было надо. 

 

Ирина Волынец: Честно? Надо. Не хотелось вообще.

 

Артём Войтенков: Видишь, наверное, это сказывается на ребёнке. 

 

Ирина Волынец: Может быть. Я себя заставляла. Но у меня сила воли железная, наверное, я даже в чём-то переборщила. В любую погоду я одевалась. Как говорят англичане, нет плохой погоды, есть плохая, неподходящая одежда. Я на себя одевала именно подходящую одежду и отматывала минимум два часа, даже если шёл дождь, снег. Да, наверное, до чёртиков. 

 

Артём Войтенков: Видишь, какие интересные наблюдения. Я думаю, что у тех, кто нас смотрит…

 

Ирина Волынец: Ты хорошо подловил меня.

 

Артём Войтенков: Они сделают выводы соответствующие. 

 

Ирина Волынец: Не хотите – не гуляйте. 

 

Артём Войтенков: Ещё такой момент во время беременности. Сон днём. Ты спала или нет? 

 

Ирина Волынец: Когда была такая возможность – да. Но во время беременности нужно вообще сделать всё возможное, чтобы отоспаться. Чтобы этого заряда хватило на первое время после родов. Потому что пока устанавливается режим, пока идёт взаимное привыкание. Особенно все эти газики, животики бывают так часто, что просто невозможно отоспаться. Некогда. Если никто не помогает, то очень сложно. 

 

У меня было такое хроническое недосыпание, когда я родила первого ребёнка, что не было ни разу, чтобы я поспала больше двух часов, не просыпаясь. И некому было меня заменить. Я поворачивала голову, а изображение какое-то время ещё оставалось прежним. Это вообще фантастические ощущения. 

 

У меня был такой интересный опыт. Мне подарили абонемент на одну тренировку такую, где релакс и так далее для тех, кто недавно стал мамой. Мне так было стыдно, что я уснула в течение трех минут. Там нужно было медитировать, лежать. Меня отпустили - для меня это было такое событие, я собиралась. Приехала мама, чтобы посидеть с ребёнком. За полуторачасовую тренировку я вырубалась три раза. Я поняла, что не надо этого ничего. Пусть, если она может приходить, приходит, а я буду просто спать. Не будем никого обманывать. Никакого фитнеса вообще даже не нужно в первое время. 

 

Артём Войтенков: Просто некоторые говорят, что спать днём вредно. Но мы, например, спали. С первым ребёнком жена постоянно спала днём. 

 

Ирина Волынец: Спать надо всегда, когда хочется и когда есть такая возможность. 

 

Артём Войтенков: Внутри идёт строительство одного тела из другого, это повышается обмен веществ. То есть ничего страшного, если вы на два часа поспите. 

 

Ирина Волынец: Это вообще спорная такая информация: стоит ли спать днём даже для тех людей, которые не являются беременными. В том числе и для мужчин. Можно привести тысячу фактов в подтверждение того, что спать днём вредно. Я недавно прочитала, что это вообще приводит к ранней смерти. Также можно найти кучу фактов, которые подтверждают, что спать днём полезно и молодцы у кого есть такая возможность - они, оказывается, дольше живут. Тоже масса доказательств.

 

Артём Войтенков: Тогда, получается, надо просто по ощущениям спать: хочется спать, и есть такая возможность…

 

Ирина Волынец: Но беременным спать нужно обязательно днём, если они хотят, конечно.

 

Артём Войтенков: У беременных повышается обмен веществ в организме и повышается как бы внутренняя температура. Ну, не внутренняя температура – теплотворность. То есть, человек меньше мёрзнет.

 

Ирина Волынец: Я не замечала.

 

Артём Войтенков: А вот мы замечали. Потому что обычно жена одевается теплеё меня. Девять месяцев, ты хочешь – не хочешь, на холодное время года всегда попадёт беременность. Она обычно одевается теплее меня на улицу. А тут, когда мы были беременными, и первый, и второй раз, когда наступало холодное время года, я смотрю, она как-то так расстёгивается, где-то полегче одежду одевает, где-то без перчаток ходит там, где я варежки натягиваю. Это тоже происходит. Это описано такое, что это есть.

 

Ирина Волынец: Если бы повышалась температура тела, то было бы холоднее. То есть, наверное, адаптивность какая-то. 

 

Артём Войтенков: Не температура тела повышается, а повышается это внутренне тепло, внутренняя печка организма, которая греет.

 

Ирина Волынец: Я объясню почему. Во время беременности женщина набирает вес и у неё появляется вполне естественно повышенная жировая прокладка, которая как раз защищает от переохлаждения. Почему толстые люди меньше мёрзнут, а худенькие прямо прозябают. 

 

Артём Войтенков: Ну, не скажи, я видел таких толстых, которые мёрзли.

 

Ирина Волынец: Ну, может быть, они просто были нездоровы. Но вообще жир, как термос: это как ещё одни слой тёплой одежды. 

 

Артём Войтенков: В принципе, да. Тяжёлый такой.

 

Ирина Волынец: То есть набрать 25 килограммов, а то и 30 килограммов за беременность – это не проблема. 

 

Артём Войтенков: Это, я заметил, это описывается в литературе. Так как при беременности живот большой, в зимнюю шубу ты просто с ним можешь не влезть. Вы должны продумывать ту одежду, которую будете носить, благо, сейчас магазинов для беременных много, это раньше их не было. Перешивали, резиночки вшивали. Сейчас пошёл, купил всё что надо. Всё регулируется, всё замечательно. Так как в свою зимнюю одежду вы можете уже не влезть, вы тоже либо покупаете пуховики какие-то, либо ещё что-то, чтобы у вас живот помещался. Но учитывайте, что, возможно, вы не будете так мёрзнуть как раньше. Но я опять-таки говорю, ты этого не чувствовала, у нас это было. 

 

Ирина Волынец: Может быть, я просто не обращала на это внимания.

 

Артём Войтенков: Может быть, не обращала. То есть просто надо это тоже учитывать, что возможно вам шуба толстенная не понадобится, вы в ней будете просто париться. Может быть, что-то полегче. 

 

Ирина Волынец: В крайнем случае, можно расстегнуться. 

 

Артём Войтенков: Знаешь, когда метель метёт, как-то расстёгиваться не очень хочется. Теперь вопрос лишнего веса. Ты набирала вес?

 

Ирина Волынец: Набирала и перебирала. Но я не могу сказать, что я набирала его до каких-то критических отметок. Но чуть-чуть приостановить набор веса мне рекомендовали. 

 

Артём Войтенков: Говорили: "Не ешьте больше!"

 

Ирина Волынец: Были ограничения в жидкостях, что меня особенно напрягало, потому что это отёки, это нагрузка на почки и для почек очень вредно как мало пить, так и много пить тоже. Воспалительные заболевания от переизбытка жидкости возникают.

 

Артём Войтенков: Я по этому поводу могу заметить, что каждый человек пьёт по-разному. Одни пьют много воды в течение дня. Я по себе заметил, что я, например, больше воды выпиваю, чем другие люди. Но это просто я так устроен. Кому-то достаточно три стакана в день, он себя нормально чувствует. То есть это не медицинская какая-то норма, что вы должны пить столько-то в литрах в день – это по самочувствию. Исследователи, которые немножко отходят от нашей официальной медицины, например, Иван Павлович Неумывакин, который был вообще врачом космической медицины, советует: "Пейте не менее двух литров воды в день".

 

Ирина Волынец: Именно воды. Не жидкости в супах, не чая, не кофе.

 

Артём Войтенков: Вообще, это наоборот всё. Он чистой воды советует выпивать не менее двух литров. Но по ощущениям. Если ты набухиваешься, тебя уже воротит от этого. Я к тому, что надо подходить по ощущениям своим, своего организма, своего тела: хочется – пей, не хочется - не пей. Отёки – не знаю, как с этим поступать.

 

Ирина Волынец: Во время беременности жидкости задерживаются в организме. Чем страшны отёки? Не сами по себе, что вот некрасиво. Повышается нагрузка на суставы, на вены, на какие-то внутренние органы. Совершенно не нужно, чтобы жидкость в организме задерживалась. Конечно, это диета: минимум солёного, никакого копчёного. Чеснок, лук – это всё нужно строго ограничить, потому что это вызывает повышенную жажду. Когда ты правильно питаешься, то не перепиваешь лишней жидкости.

 

Артём Войтенков: Подожди, ограничить. Кто-то ест совсем чуть-чуть чеснока, я думаю, ему не надо это ограничивать.

 

Ирина Волынец: Да, ограничить до пределов разумного.

 

Артём Войтенков: Опять надо думать и смотреть, чего тебе…

 

Ирина Волынец: Здесь показатель – отёки. Без похода к врачу можно определить, есть у тебя отёки или нет. Это просто видно невооружённым глазом. Если есть отёки, значит, нужно серьёзно задуматься. Нельзя не обращать на это внимания. Потому что это означает, что в организме произошёл какой-то сбой и нужно этот сбой нейтрализовать всячески. Нельзя на это не обращать внимания. Если ты думаешь только о том, что это не очень хорошо выглядит и всё, то ты глубоко заблуждаешься. Нужно прислушиваться. Это первый сигнал, если ты не обращаешь на него внимания, то в дальнейшем что-то будет более неприятное с тобой происходить. 

 

Артём Войтенков: Ещё во время беременности врач, ведущий гинеколог, во-первых, назначает какие-то препараты. Во-вторых, люди пьют сами, выбирают по рекламам, ещё по чему-то. Покупают препараты и тоже их пьют. Когда мы были беременны первый раз, это 2000-й год, нам как-то не прописывали особо. Прописывали витамин С, аскорбинку, ещё что-то. Ну такие, конкретно медицинские… Но советовали. Врачи говорили: "Вы знаете, есть такое…" Вот эти "Матерна", ещё что-то такое. 

 

Ирина Волынец: Французское, кстати. 

 

Артём Войтенков: Да, всё не русское, как всегда. "Было бы неплохо, если вы их попьёте. Это обогатит вас витаминами, минералами, другими полезными веществами. Ребёнку будет хорошо, всё будет развиваться хорошо". Хоть они были и дорогие, я это купил. Толку на самом деле от этого не было. 

 

Ирина Волынец: Как ты понял, что толку не было?

 

Артём Войтенков: Потому что у беременных, не знаю, может быть, это только у нас так, может быть, это не только у нас так, больше повышается. Видимо, сопротивляемость организма падает у мамы в некоторой степени, потому что плод. Он на другое немножко отвлечён, ему часть своих сил приходится расходовать на ребёнка. У него меньше остаётся на то, чтобы защищаться от какой-то окружающей гадости. Тем, более, если тебе и внутрь закидывают, он тут же начинает это всё выбрасывать в виде даже прыщей, расстройств желудка. 

 

Ирина Волынец: Да. Аллергия, кстати, может накапливаться. 

 

Артём Войтенков: Аллергии, да. Вот это всё сразу как-то начинает вылезать наружу. Когда ты пил витамины до беременности, у тебя проходило всё нормально, организм справлялся. Он же не знает, что это витамин. В него падает, он смотрит: "Какая-то ерунда, надо это вывести по-быстрому. Какая-то гадость, оказывается". А ты думаешь, что ты пьёшь витамины – ой, ой, я себе делаю хорошо. Но всё проходит безболезненно. При беременности он начинает уже даже до рвоты. Разбираться не хочет – через печень выводить, через почки. Пошло оно всё, откуда пришло. Я, честно говоря, насколько читал во всех журналах, статьях, витамины есть натуральные, в натуральных овощах, фруктов, и есть химические. 

 

Ирина Волынец: Также бывают натуральные витамины в составе БАДов. Но они безумно дорогие. 

 

Артём Войтенков: Не скажи. Есть, да, они стоят не мало…

 

Ирина Волынец: Дороже, чем синтетика.

 

Артём Войтенков: Существенно дороже. То есть, если вы синтетику пойдёте, купите в аптеке, условно, за 50 рублей…

 

Ирина Волынец: "Матерна", кстати, это синтетика тоже. Но это не 50 рублей. Гораздо дороже. 

 

Артём Войтенков: Так вот, я к тому и веду, что в основном, на мой взгляд, витамины для беременных - это просто тупое впаривание и развод на деньги. Будем говорить уличным языком. Это просто обман. Вам впаривают те же самые химикаты, которые стоят в сотни раз дешевле, вам впаривают за большие деньги - это комплекс витаминов для беременных, тут всё подобрано. На самом деле, что синтетика из аптеки обычная, что дорогая синтетика, она вся вредная, по большому счёту. 

 

Ирина Волынец: Потому что это синтетика, по определению.

 

Артём Войтенков: Потому что она несколько другая. Дело в том, что органическая молекула, настоящая, натуральная, она другая. Тоже самое витамин B, B2, B3, еще какие-то имеют разную закрученность: одни направо закручены, другие влево закручены. Организм, например, знает, что делать с натуральными витаминами, которые поступают. Для искусственных он вообще не приспособлен. Ему надо, чтобы извлечь из них какую-то пользу, очень много с ними произвести каких-то действий. Смысл применения химических витаминов, на самом деле, под большим вопросом: чего они больше приносят - вреда или пользы. Есть витамины натуральные, которые достигаются, там сложная схема изготовления… Быстрая заморозка растения или что-то.

 

Ирина Волынец: Сублимированная сушка, ты имеешь в виду? 

 

Артём Войтенков: Нет, заморозка. Это другая технология.

 

Ирина Волынец: Шоковая заморозка. 

 

Артём Войтенков: Да. Якобы по этой технологии витамины и какие-то другие вещества не погибают, остаются. 

 

Ирина Волынец: Да, они не успевают разрушиться. 

 

Артём Войтенков: Они замораживаются, измельчаются, потом все эти порошочки насыпаются в капсулы, в пакетики, там такие таблеточки делаются, может быть. Возможно, от этого есть толк, и мы такие витамины пробовали. Некоторые препараты действительно оказывают действие. Каждый должен сам для себя решать, а стоит ли мне покупать те же самые химические витамины задорого или, может быть, просто есть чуть поразнообразнее еды.

 

Ирина Волынец: Ещё пугают производители этих БАДов: для того, чтобы получить суточную норму кальция, вам нужно съесть шесть килограммов творога, а чтобы получить суточную дозу витамина С – три ведра яблок. Вот такие страшилки заставляют людей идти в аптеку, покупать всю эту химию. Здесь нужно чётко понимать, что такое синтетические витамины. Во-первых, это наиболее доступно по цене, но в плане биологической доступности под большим вопросом. 

 

Почему прыщи очень часто возникают и прочие отклонения, аллергические реакции. Потому что печень во время беременности испытывает повышенную нагрузку. По сути, она работает за двоих. Плюс ей ещё приходится перерабатывать, разлагать на какие-то доступные формы вот эту синтетику, синтетические витамины. Более того, допустим в инструкции к искусственному витамину С указано, что он ускоряет рост злокачественных опухолей. Когда мы принимаем шипучую растворимую витаминку, мы должны понимать, что, помимо пользы, мы можем нанести себе большой вред. 

 

Имеем ли мы всю картину о состоянии своего здоровья каждую минуту своей жизни? Конечно, нет. Более того, витамины натуральные, даже в случае, если вы съели три ведра яблок, не принесут никакого вреда. В худшем случае, станет плохо, стошнит или ещё что-то в этом роде. 

 

Артём Войтенков: Просто ты их больше есть не захочешь.

 

Ирина Волынец: Да, а вот когда ты употребляешь излишнее количество синтетики, то можно такую получить страшную передозировку, что вплоть до отравления, вплоть до каких-то очень неприятных последствий, что нужно будет ехать в больницу, промывать желудок, класть под капельницу и так далее. 

 

Есть БАДы, которые содержат в себе необходимые вещества, но при этом они естественного происхождения. Не содержат химии. Но, если они действительно качественные, то, как правило, стоят достаточно дорого. Конечно чувство меры - дар богов. Есть физиологические признаки нехватки каких-либо веществ, каких-либо витаминов. Совершенно нетрудно в этом разобраться. Такие симптомы, как сухость кожи, ломкость волос, ломкость ногтей, когда волосы секутся, ногти невозможно отрастить. Ногти, волосы - там ещё могут кальций и цинк, и так далее. Но сухость кожи, повышенная, утомляемость, плохое зрение в тёмное время суток говорит о том, что не хватает витамина А. Какие-то проблемы с кожей, угревая сыпь и так далее говорят о том, что не хватает витаминов группы В. 

 

Есть таблицы симптомов, когда можно без похода к врачам узнать о том, чего тебе не хватает, налегать на определённые продукты и получить результат без повышенных расходов на питание и без покупки этих витаминов как синтетических, так и натурального происхождения в аптеке, в капсулах. Есть такие вещества, как, например, фолиевая кислота, которая содержится в избытке в зелёных овощах и в зелени. Например, если зима и мы можем купить зелень только на рынке. Как она выращена, с помощью каких удобрений это выращивалось. Сколько часов потом нужно вымачивать для того, чтобы удалить все эти нитраты, всю эту химию, плюс консерванты, которыми, ни для кого не секрет, любая зелень сейчас опрыскивается. 

 

Почему салат, который мы срываем с грядки вянет, темнеет уже к концу второго дня, а тот салат, который мы покупаем в супермаркете, может запросто храниться в холодильнике две недели. Почему это происходит? Нужно взвешенно подходить к этим вопросам. Мы не можем говорить, что нельзя никому принимать витамины, потому что мы можем навредить тем женщинам, которым они необходимы по медицинским показаниям. Также мы не можем говорить о том, что вообще от всего отказывайтесь.

 

Артём Войтенков: Каждый решает сам за себя. Ваш ребёнок – это ваш ребёнок. Это ваша ответственность. Ни врача, ни гинеколога, ни медицинской системы – никого. Это лично ваше. Не надо потом пенять – ай, ай, ай, плохо вылечили. 

 

Ирина Волынец: Сетовать потом на кого-то.

 

Артём Войтенков: Сами разбирайтесь. Благо, сейчас есть информационная сеть Интернет, она достаточно доступна, там много разного пишут.

 

Ирина Волынец: Да, там, конечно бывает и вредная информация, конечно. 

 

Артём Войтенков: Но дело в том, что можно разобраться. Можно сесть, почитать, выяснить, подумать, взвесить и сделать свои выводы.

 

Ирина Волынец: Приём самых дорогих, самых лучших поливитаминов, самых натуральных, в капсулах, я имею в виду, не позволяет правильное питание, здоровое питание исключать. Нужно не терять здравый смысл и в этом вопросе тоже. Есть одни макароны, например, с картошкой, потому что вот вам так хочется и есть горстями эти таблетки – это неправильно. 

 

Артём Войтенков: Ещё напоследок скажу такую вещь. Мы это узнали почему-то только во время второй беременности и именно из Интернета. Почему-то врачи в гинекологии нам про это не сказали. Беременным всегда стараются говорить: "Ешьте больше фруктов, овощей, чтобы не было каких-то сложностей с пищеварением". Один из фруктов, финик, содержит окситоцин, который вызывает сокращение матки.

 

Ирина Волынец: Окситоцин не только в финиках содержится. 

 

Артём Войтенков: Например, когда в Интернете пошёл искать, там приводятся даже выдержки из Корана, что там кто-то, какой-то персонаж, то ли она не могла родить, то ли ещё что-то я уже не помню. Ей посоветовали: "Иди под финиковую пальму, там съешь фиников и всё". На самом деле, мы сами это ощутили, когда жена наелась этих фиников, говорит, какие-то у меня странные ощущения стали происходить. После этого мы стали выяснять, что у нас произошло из-за фиников. Финики вызывают сокращение матки. Никто про это не говорит из врачей.

 

Ирина Волынец: Может, надо какое-то критическое количество этих фиников съесть, килограмм или два. 

 

Артём Войтенков: Не знаю, видимо, у каждого по-разному. Из-за двух фиников тебе точно ничего не будет. Но из-за полкилограмма, возможно, ты уже что-то почувствуешь на поздних сроках. На ранних, может быть вообще ничего не будет. Всё надо проверять. Возьмите то, что вы едите. Понятно, что от картошки, макарон вам ничего не будет, от той еды, которую вы едите постоянно.

 

Ирина Волынец: Ничего плохого и ничего хорошего от картошки и макарон. 

 

Артём Войтенков: Но в тоже время, может быть, майонез надо посмотреть состав, залезть в Интернет и прочитать.

 

Ирина Волынец: Не надо вообще никакой майонез. Я знаю рецепт, как готовить майонез самим, это еще куда ни шло.

 

Артём Войтенков: Это хорошо, но не все его готовят. 

 

Ирина Волынец: Покупать нельзя вообще и есть его просто нельзя.

 

Артём Войтенков: Знаешь, Ирина, если мы так будем ковыряться, то есть из магазинов вообще ничего нельзя. 

 

Ирина Волынец: Майонез во время беременности запрещено. Он вызывает изжогу, он содержит синтетическую уксусную кислоту, которая вообще губит всё живое. Любой уксус, который используется в промышленном майонезе - это уксусная эссенция, стопроцентная химия. Просто сжигает часть слизистой оболочки желудка. Что касается питания, то есть продукты, которые показаны беременным женщинам. Например, малина повышает эластичность кожи, выработку коллагена и позволяет защищаться от растяжек. Есть овощи такие как свёкла, тыква, морковь, которые полезны беременным женщинам. Например, имбирь очень опасно употреблять и ряд специй нужно тоже очень осторожно. Потому что имбирь приводит в тонус мускулатуру матки и тоже может способствовать преждевременным родам, либо выкидышу, если срок еще маленький. 

 

Артём Войтенков: Тоже самое и про финики. Как я уже вначале говорил, врачи-гинекологи этого не знают, или не говорят, знают и молчат. Неизвестно, почему нам это не сказали? Почему не сказали про финики, про имбирь? Я от тебя первый раз услышал сейчас.

 

Ирина Волынец: Имбирь имеет очень сильный эффект отрицательный.

 

Артём Войтенков: В гинекологии, в женской консультации про это не говорят. 

 

Ирина Волынец: Куркуму нельзя беременным женщинам. Когда я говорила о специях, тоже можно всю эту информацию найти, - специй очень много нельзя. 

 

Артём Войтенков: Когда беременеешь, надо сразу лезть в Интернет и смотреть, какие специи…

 

Ирина Волынец: Конечно, нужно соблюдать меру во всём и особенно, если вы пробуете что-то новое, нужно в минимальных количествах это всё вводить. Что такое аллергия у ребёнка, каким образом она развивается? Аллергены накапливаются в крови, в печени ещё во время беременности мамы. Аллергия никогда не наступает от того, что вы просто что-то съели и вдруг у вас аллергия. За редким исключением, когда какие-то тяжёлые случаи. Они, даже если в малых дозах их употреблять, имеют накопительный эффект. Если беременная женщина злоупотребляет апельсинами, всеми цитрусовыми, шоколадом, орехами, рыбой, достаточно длинный список продуктов. Та же самая морковь, про которую никогда не подумаешь, что она может вызывать аллергию, а у ребёнка может начаться аллергия. Во всём нужно соблюдать меру и прислушиваться к своему самочувствию. Есть список запрещённых продуктов, которые просто во время беременности нельзя употреблять.

 

Артём Войтенков: Например.

 

Ирина Волынец: Имбирь, о котором мы сказали. Но это не аллергия, а то, что может спровоцировать выкидыш. Апельсины, клубнику, шоколад…

 

Артём Войтенков: Вообще апельсинов нельзя, что ли? Я думал, что от одного апельсина в неделю….

 

Ирина Волынец: Ортодоксально настроенные врачи вообще запрещают есть апельсины. Потому что наши предки жили на нашей земле, в нашей полосе. У нас генетически нет способностей правильно усваивать апельсины. Почему итальянцы с детства пьют вино и не становятся алкоголиками? Потому что в их генах уже встроена устойчивость, адаптивность к этому вину. Почему каждый человек должен отдавать предпочтение тем овощам, фруктам и злаковым, которые произрастают на его земле? Потому что у него генетически заложена способность усваивать именно эти вещества. Потом уже идут киви, апельсины, бананы и так далее. 

 

Артём Войтенков: Получается, всё это есть нельзя. 

 

Ирина Волынец: Минимум.

 

Артём Войтенков: Да, я вспомнил случай, со мной училась девочка, у неё была жуткая аллергия на апельсины. Оказалось, что мама, когда была ей беременна, апельсины ела ящиками. 

 

Ирина Волынец: Накопились эти аллергены. Без излишеств. Если беременная женщина говорит, что я хочу есть булки, прямо вот умираю, хочу мучное и начинает поглощать в немереных количествах, то она очень сильно не только вредит своему здоровью, но оказывает медвежью услугу ребёнку. Потому что нужно видеть разницу между какими-то лёгкими причудами и вкусовыми пристрастиями и просто обжорством, которое начинается под прикрытием этой беременности. Можно себя очень быстро распустить, раскормить, потом жаловаться на свою горькую судьбу, что все женщины, которые имеют маленьких детей, просто обязаны выйти из берегов и располнеть. Это совершенно не так. Беременность – это время, когда нужно повышенное внимание своему рациону уделять и думать над каждым кусочком, который ты кладёшь в рот.

 

Артём Войтенков: Возвращаясь к списку запрещённых продуктов, что ещё нельзя, кроме апельсинов, цитрусовых. Если нельзя то, что выращено не у нас, полмагазина можно смело сразу брать и выбрасывать. 

 

Ирина Волынец: То, что выращено не у нас не желательно в угоду тому, что выросло у нас. Если есть возможность выбрать наши местные яблоки или привозные, то нужно покупать местные, даже если они прошлого года. Но здесь очень важно соблюдать баланс, почему я всегда к нему призываю. Если мы сейчас скажем, что нельзя есть ничего привозного, то люди, которые живут в районах Крайнего Севера вообще умрут от цинги, не дай Бог. Понятно, что когда нет других вариантов, то нужно выбирать то, что есть. Но список аллергенов, которые являются общепризнанными, общепринятыми аллергенами, он не такой длинный, как мы уже перечислили: цитрусовые, особенно мандарины и апельсины. Лимона много и не съешь и он менее аллергичен, чем апельсины и мандарины. Шоколад, как ни странно, орехи, рыба морская. У кого аллергия на рыбу, они, например, речную тоже с большой опаской едят. Плюс клубника. Если уже запущен механизм аллергии, то, как правило, этот список разрастается. Если аллергия начинается на какой-то один продукт, то там уже хвостиком присоединяются другие. Вам же потом будет хуже. То есть лучше соблюдать меру и как-то перетерпеть, чем потом… 

 

Когда женщина является кормящей мамой и у ребёнка аллергия, я могу сказать, что можно есть. Исключается абсолютно всё кроме оливкового масла, брокколи, из мяса это кролик, из круп – гречка и перловка. Такой список продуктов. Даже зелёный чай провоцирует на развитие аллергии. Весь список сокращается до этих продуктов. Конину ещё можно. Но первое место занимает кролик, он наиболее гипоаллергенный. Конину потом добавляют, индейку добавляют. Потом потихоньку начинают вводить другие продукты. Но буквально в несколько дней, а то и в неделю по одному новому продукту. У меня есть подруга, которая годами на этой диете сидит. У неё муж аллергик, и у детей, у неё трое детей, есть склонность к аллергии. Я считаю, что она святая, как минимум - героиня. Начиная с кормления первого ребёнка, когда была аллергия просто жуткая, его на гормонах пришлось держать. Она кормила его грудью очень долго, больше двух с половиной лет, потому что ему ничего другого было нельзя. Любая смесь – это смерти подобно. Она сидела на этом коротком ужасном по своей малочисленности списке продуктов. 

 

Артём Войтенков: Это действительно мало. К тому же оливковое масло – оливки у нас не растут. Брокколи у нас тоже не самый распространённый продукт. 

 

Ирина Волынец: Но они являются наименее аллергенными продуктами. 

 

Артём Войтенков: Это, наверное, по изучение европейских учёных. А что наша капуста, белокочанная?

 

Ирина Волынец: Капусту тоже не разрешают тем, у кого жуткая аллергия. Капусту вообще кормящим женщинам нельзя. Потому что капуста как в сыром виде, так и в тушёном, отварном, вызывает повышенное газообразование.

 

Артём Войтенков: При неправильном питании.

 

Ирина Волынец: Даже при правильном. То есть…

 

Артём Войтенков: При правильном нормально всё.

 

Ирина Волынец: Нет, она вызывает повышенное газообразование у ребёнка. То есть, с молоком передаётся. И ребёнок плачет, не спит ночами, у него газики начинаются. 

 

Артём Войтенков: Это мы переходим уже на кормление грудью. А мы сейчас начали про питание при беременности.

 

Ирина Волынец: Ладно, хорошо. Беременным капусту разрешаем. Потому что она не является сильным аллергеном, она вообще не является аллергеном, Но в списках продуктов, которые педиатры разрешают кормящим мамам аллергичных малышей, капуста отсутствует. Её добавляют потом. Есть продукты, которые вообще не добавляют или добавляются в последнюю очередь. Это ужасно. Эта женщина после такого ужасного распорядка, ужасного режима питания, пошла на второго ребёнка, то есть всю беременность она так питалась и его тоже кормила почти до трёх лет. После этого она ещё родила третьего ребёнка в точно таком же режиме. Очень смиренно, кстати, свою долю приняла и никогда не жалуется, никогда не ноет. Хорошо, кстати, выглядит, стройная. 

 

Артём Войтенков: Да, это поступок. Поэтому хорошо выглядит, наверное. Гречка вообще замечательная каша по своей сути, перловка тоже. 

 

Ирина Волынец: Да. Но есть одну гречку… Представляешь?

 

Артём Войтенков: Тему питания можно обсуждать достаточно долго…

 

Ирина Волынец: Мы, по-моему, достаточно хорошо её уже осветили. 

 

Артём Войтенков: Я преследую такую цель, чтобы просто люди задумались и начали сами искать – что есть, как есть, витамины, что принимать. Мы же не специалисты. Мы просто делимся своим опытом. Пусть люди этот опыт воспримут, сделают свои выводы и дальше уже пойдут под себя подбирать, как им поступать. Я думаю, на этом мы и закончим.

 

Ирина Волынец: Я думаю, что да.

 

Набор текста: Елена Залыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (731 мб)
Видео MP4 640x360 (269 мб)
Видео MP4 320х180 (145 мб)

Звук:
(11 мб)
Звук 32kbps MP3 (11 мб)
Звук 64kbps MP3 (23 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (23.66 КБ)
FB2 (85.73 КБ)
RTF (255.57 КБ)