Цензура Путина

СМИ в России замалчивают Путина.
Российские средства массовой информации не освещают все события в нашей стране и за рубежом, а подают только то, что разрешается из Вашингтона.
полное видео: 

Контейнер

Смотреть
Читать

Евгений Фёдоров 

Цензура Путина

Видео: http://poznavatelnoe.tv/fedorov_putin_smi

 

Часть из беседы с Евгением Фёдоровым от 11 октября 2013 года

Видео: http://poznavatelnoe.tv/fedorov_2013-10-11

 

 

Собеседники:

Евгений Фёдоров (депутат Государственной Думы, eafedorov.ru)

Артём Войтенков (Познавательное ТВ, poznavatelnoe.tv)

Мария Катасонова (Народное освободительное движение (НОД), засвободу.рф

 

 

Артём Войтенков: Навальный на Якунина наехал, на его дачу. 

 

Евгений Фёдоров: Нам-то что до этого? Это не повод. Наехал и наехал, мало ли что. Мы будем каждый крик Навального обсуждать? Будем обсуждать, как он с утра побрился? 

 

Евгений Фёдоров: Но Навальный же – часть системы.

 

Мария Катасонова: Почему он затаился?

 

Евгений Фёдоров: Он затаился?

 

Мария Катасонова: О нём не так слышно, как совсем недавно. 

 

Евгений Фёдоров: «Слышно» и «затаился» – это разные вещи. Давайте проверим. У нас же есть любимый способ проверки теперь, как и у всех наших зрителей. У меня даже закладка есть «РИА новости». Это на самом деле объективный показатель. Навального в России крутит американская система управления, в том числе через российскую власть, в том числе и через российскую систему. 

Очень удобно проверять – есть «РИА новости». Это ГУП, государственное, это не ОАО, а стопроцентный государственный агент. Набираем «Навальный» и мы с вами сейчас узнаем, затаился Навальный или нет. Когда американцам надо было, они Навального крутили в день по 10-20 раз. В день! Сегодня у нас 11 октября 2013 года... Правда, затаился. Вчера Навального они упомянули 4 раза. Сегодня, 11 октября 2013 года, у нас разговор в 14:20, «РИА новости» его ни разу не упомянули. Сегодня он затаился.

 

Давайте для сравнения наберём «национально-освободительное движение», в котором участвовало 200 городов. Не один Навальный, а 200 городов и общий объём актива около 100 тысяч человек. Мы видим, что у курдов есть национально-освободительное движение. У дарфурских повстанцев есть национально-освободительное движение. Это за всё время я смотрю. Навального мы посмотрели за день, а тут смотрим за всю историю «РИА Новости». У Кубы праздновалось 160-я годовщина со дня чего-то и национально-освободительного движения. В Италии было национально-освободительное движение. Это согласно исследованию наших «РИА Новости». Сказки Братьев Гримм как-то связаны с национально-освободительным движением, но ни с российским. И так далее.

Патриарх Кирилл упоминается как конструкция национально-освободительного движения, правда, в связи с Кипром, то есть на Кипре оно даже было, как мы знаем, через патриарха Кирилла. То, что патриарх Кирилл совсем недавно в Смоленске говорил о суверенитете, об этом говорить «РИА Новостям» не обязательно. Вот это Кипр и национально-освободительное движение. В Судане есть национально-освободительное движение, в южном по крайней мере. В Ливии есть. И так далее.

 

В принципе национально-освободительные движения есть в мире, но не в России. То, что 200 городов в России поднимает национально-освободительное движение и бунтует, российские «РИА Новости» не замечают. Что происходит на Кубе, на Кипре – это, пожалуйста, а тут ни одной заметки о национально-освободительном движении в России. Вот вам, пожалуйста. Это и есть государственная политика, проводимая США, как оккупантами, на территории российской колонии.

 

Навальный в «РИА Новости» есть. Хоть четыре раза вчера, но его заметили. Четыре – это меньше, чем пятнадцать. Здесь вы правы, затаился. Изменилась политика немножко, корректировалась США по отношению к России. В том числе они понимают, что сегодня обсуждение фамилии Навального для многих людей связано уже с термином предателя. 600 тысяч предателей, о которых мы ранее с вами говорили. Создаются условия для того, чтобы при обсуждении Навального для части людей поднимался вопрос национально-освободительного движения, как бы о них не замалчивали. 

 

Соответственно, они играют аккуратно. Они аккуратно подают информацию, аккуратно её снимают. Это политика, это игра. В том числе позиция «РИА Новостей», позиция основных СМИ, как иностранных агентов, тоже идут в этой игре. Это профессиональная игра. Поэтому перебарщивать с Навальным они не хотят. 

 

То, что мы сейчас с вами смотрели, это называется упоминаемостью. Она может быть любых векторов. Допустим, в позапрошлом месяце Навальный упоминался чаще, чем тот же Путин. Хотя Путин каждый день производит информационные поводы. Но всё равно Навального из пальца высасывали больше, чем его. Есть политика упоминаемости, а есть политика узнаваемости. У них задача, чтобы Навального узнавали, а НОД не узнавали – понятно, это политика оккупационной системы.

 

Сейчас они снизили активность, но это не значит, что они отказались. Сейчас перегруппируют силы, найдут новый формат, потому что предыдущий формат им отбили. Что такое Навальный? Это оккупационно-карательная система. Это пинг-понг: Навальный как бы на «улице», американский агент, а во власти есть американские агенты во власти. Они этим пинг-понгом управляют страной. 

 

Сегодня для огромного количества граждан России Навальный стал олицетворяться просто с гитлеровским солдатом, в каске, с автоматом и с лозунгом «Я убиваю ваших детей» в перспективе. Они немножко сняли фокус с него в информационном поле. Поднимут опять, даже не сомневайтесь. В принципе им Навальный не нужен. Если Навальный окажется отыгранной фигурой, как в своё время Касьянов, в каком-то смысле, Немцов, они заменят его... на Толоконникову. Хорошая кандидатура.

 

Артём Войтенков: Да, в тюрьме сидит против режима. 

 

Евгений Фёдоров: Да. Поэтому для них менять свою агентуру можно как перчатки, это не проблема. Им главное – цель, задача, а не человек.

 

Артём Войтенков: Кстати, пока вы смотрели на «РИА Новостях», я посмотрел Яндекс.Новостях, который собирает со многих СМИ статьи и новости. По Навальному за месяц найдено больше восьми тысяч сообщений.

 

Евгений Фёдоров: Это другое. Хорошо, что вы посмотрели, но почему я на «РИА Новости» показал? Я показал на что направлена инициатива американцев через свою агентуру во власти. Если хотите, это индекс американской активности в российских властных структурах, связанных со СМИ. Вот что такое «РИА Новости». Мы можем смело называть это индексом для целей анализа. Понятно, что там будет восемь тысяч или сколько-то упоминаний. Это ясно.

 

Артём Войтенков: Так вот, Навальный – 8 137 упоминаний; Шойгу – 3 798 упоминаний; о вас – 2 упоминания. 

 

Евгений Фёдоров: Вот, видите. Раскручивают. Ладно, мне неважно это, но сама система раскручивает, всё правильно. Просто изменился вектор государственной системы, а американцы ведь ещё напрямую работают со СМИ. Им государство не всегда нужно. Это любой зритель может посмотреть.

 

Артём Войтенков: Толоконникова – 4 330 упоминаний, больше чем Шойгу.

 

Евгений Фёдоров: Будут раскручивать. Сначала «РИА Новости», потом через полгода та система ресурсов, о которой вы говорите. Это поэтапно, откуда-то же надо начинать. Начинают раскручивать через государственные механизмы, через агентов в госвласти, а потом уже подхватывает остальная среда.

 

Артём Войтенков: Коль мы заговорили о Навальном, он сейчас начал наезжать на Якунина, главу РЖД. Но дело не в том, что он на него наезжает, а дело в том, что Якунина летом пытались отправить в отставку. Была новость, что Якунина увольняют с должности главы РЖД. Потом она пошла во все СМИ, они у себя вывесили - «Интерфакс», «РИА Новости», все большие. Потом вдруг было какое-то совещание, и сказали, что нет, это всё неправда. Откуда идёт этот канал информации в главные новостные агентства? Там же явно один канал получается из правительства.

 

Евгений Фёдоров: Нет. Всё-таки наши зрители – люди умные. Посмотрим, как работают механизмы пропаганды или информации, как вы их называете. На самом деле у нас уже нет средств массовой информации, у нас есть средства массовой пропаганды. 

 

Артём Войтенков: Их ещё хорошо называют СМРАД – средства массовой рекламы, агитации и дезинформации – термин Андрея Ильича Фурсова. 

 

Евгений Фёдоров: Да, они же получают деньги американцев или под контролем американцев, все СМИ – это их основной бюджет. Если вы посмотрите Первый канал, то контролируемых американцами денег на Первом канале будет примерно 80%. 

 

Артём Войтенков: А где я это найду? 

 

Евгений Фёдоров: Например, для того чтобы Первый канал заключил стратегические договора о рекламе на год, он должен уехать за рубеж. Туда же должны уехать рекламодатели из России, и там заключить договора в иностранной юрисдикции. 

 

Артём Войтенков: Куда за рубеж?

 

Евгений Фёдоров: Они в разных местах проводят свои ежегодные ярмарки. 

 

Артём Войтенков: А почему в России не могут?

 

Евгений Фёдоров: Американцы не разрешают. Это система. Вы просто сейчас затронули маленький элемент системы. В России СМИ на 70-80% финансируются под контролем американцев. Все, включая Первый канал и все остальные.

 

Поэтому они с одной стороны и Путина боятся, но с другой стороны для Первого канала вопрос служения американцам является вопросом жизни, потому что если американцы захотят – Первый канал обанкротится через год, соответственно, всех начальников поувольняют. Это в дополнение к агентам, которые там работают, для того чтобы создать общий механизм. Поэтому устроена так система. 

Кстати, все эти каналы также попадают под билль Магнитского. Если они будут плохо себя вести, например, не пропагандировать гомосексуализм, о котором, если вы сейчас наберёте – проверьте сколько пропагандируют слова «гей-движение» и так далее.

 

Мария Катасонова: ЛГБТ.

 

Евгений Фёдоров: Это всё тоже не случайно, за это им и платят. Им не обязательно в лоб говорить «Путин плохой». Они могут создать много второстепенных поводов. Навальный, Толоконникова, гомосексуализм – хорошие. И на этом поводе Путин как бы утонет. Им не обязательно в лоб с ним ругаться. Потому что если они будут говорить, что Путин плохой, кто-то на них обидится. А зачем им это надо? Это им не требуется для достижения целей.

 

Артём Войтенков: Всё-таки, где канал поступления информации из правительства в новостные агентства?

 

Евгений Фёдоров: Очень просто. Всё поступление информации идёт из-за рубежа. 

 

Артём Войтенков: Подождите. Это же наше правительство.

 

Евгений Фёдоров: Неважно. В правительстве отсутствуют механизмы формирования национальных информационных новостей. Технологически. Что такое формирование пула национальных новостей? Это есть система, которая эти новости собирает, обрабатывает. Причём этих систем обычно несколько, обрабатывает, свозит, перерабатывает и подаёт на ленты. Такой системы нет. 

Даже когда у вас на местах сидят корреспонденты, корпункты, они вам рассказывают, что происходит в Белгородской области. Но вы же про это не увидите. Редко одно событие, то есть это просто впустую выкидывается в мусорную корзину. Информация, которая подаётся через американскую систему информационного влияния в России, она подаётся и носит приоритетный характер. 

 

В России по Конституции отсутствуют институты, потому что это решать могут только институты, в которых работает тысяча людей, которые формируют национальные новости. Все эти институты под внешним управлением, если мы говорим об институтах, которые формируют новости для российских СМИ и Интернета.

 

Артём Войтенков: А кто это? Это же конкретные люди, которые сидят в аппарате правительства и отсылает.

 

Евгений Фёдоров: В аппарате правительства таких людей нет, потому что пресс-служба аппарата правительства – несколько человек. У них другие цели. Они просто рассказывают: какой маршрут у Медведева, или какие решения формально приняло правительство. Они не занимаются формированием новостей о стране. 

 

Артём Войтенков: А откуда тогда «Интерфакс» и прочие крупные новостные агентства получают новости якобы от правительства?

 

Евгений Фёдоров: От правительства они получают формальные новости: куда поехал Медведев, какое распоряжение выпущено, всё.

 

Артём Войтенков: Яндекс.Новости по запросу «гомосексуализм» нашёл за месяц 1 836 упоминаний, «ЛГБТ» – 1 690. 

 

Евгений Фёдоров: Это идёт раскрутка. А сколько у «национально-освободительное движение»?

 

Артём Войтенков: 205. 

 

Евгений Фёдоров: Немало, но всё равно меньше, чем у гомосексуалистов.

 

Мария Катасонова: Наверное, половина опять-таки из Испании, Италии, не только из России.

 

Артём Войтенков: Здесь «Дом-музей Ленина в Выборге», «Коммунисты ушли из зала парламента».

 

Евгений Фёдоров: Даже то, что Рогозин, вице-премьер, сказал о необходимости национально-освободительного движения – это не сподвигло СМИ это упоминать. Об этом и речь. Он же говорил, что набрав «национально-освободительное движение» должна была появиться статья с Рогозиным. Он об этом и говорил. 

 

Артём Войтенков: «Рогозин» - 3000.

 

Евгений Фёдоров: Нет, сам Рогозин – 3000, а национально-освободительное движение, которое он упоминал? Технология цензуры работает не столько против людей, сколько против идеи. 

 

Мария Катасонова: Кстати, как его допустили? Почему не вырезали из эфира?

 

Евгений Фёдоров: Вырезали. Вот вам, пожалуйста.

 

Артём Войтенков: А «Рогозин национально-освободительное движение» – вообще нет.

 

Евгений Фёдоров: Всё. Вырезали. Он там сказал, его уже купировали. Как это работает? Человеку же рот не заткнёшь, никто и не пытается. Он об этом сказал, его прямая речь один раз прозвучала в каком-то ресурсе, который более-менее с ним связан, а все остальные ресурсы будут говорить вам о чём угодно: о погоде в Волгограде, о том, брился ли с утра Навальный, но только не о национально-освободительном движении. Неважно кто это скажет – Рогозин, Путин, Зюганов, который тоже об этом говорил, Жириновский. Неважно кто. Тема национально-освободительного движения запрещена для движения на информационном пространстве России – это прямой запрет пропаганды. Россия – оккупированная территория, о чём может идти речь?

Мария Катасонова: Кстати, можно приписать это всё к нарушению Конституции. У нас же запрещена цензура. Получается, цензурируют.

 

Евгений Фёдоров: Нет, они не нарушают Конституцию. У нас запрещена цензура, а под цензурой подразумевается вмешательство российской национальной власти в информационный процесс. Для того чтобы вмешиваться в информационный процесс российская национальная власть должна иметь институты. Вот они запрещены, и она не вмешивается. А то, что американская власть вмешивается в российский процесс и в американской Конституции написано «Пропаганда и цензура в России», прямо в бюджете страны – это наша Конституция на них юридически не распространяется. Конституция распространяется на нас. Цензура – это запрещено вмешиваться Кремлю, а американскому Белому дому – пожалуйста. Это разнообразие мнений.

 

Мария Катасонова: Свобода слова. 

 

Артём Войтенков: Также как и наш Центробанк не имеет права давать деньги нашему правительству, а имеет право давать деньги американскому правительству.

 

Евгений Фёдоров: Что он и делает.

 

Артём Войтенков: Так записано в законе о Центробанке.

 

Мария Катасонова: Кстати, СМИ также не осветили вообще речь Путина на Валдае, где его речь продолжалась 30 минут. По сути, он там обозначил две линии фронта, то, что идёт откровенная война, это – те, а это – другие. 

 

Евгений Фёдоров: Да. В конце речи он что сказал? «Я прошу, чтобы мою речь начали обсуждать по всей стране». Он уже даже об этом сказал. То, что они не осветили – это они прямо саботировали его. Вообще говоря, даже если бы он этого не говорил, то тоже надо освещать. А когда он прямо попросил об этом и его откровенно послали СМИ в России – это как раз и есть вопрос: у кого власть? У президента по американской Конституции или у реальных штабов внешнего управления, в виде грантополучателей, Госдепартамента США и системы внешнего управления страной, как колонией. Вот вам и ответ на вопрос.

 

Стенограмма видеозаписи подготовлена компанией «Орфографика» (http://услуги.орфографика.рф).

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение.

 
Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (231 мб)
Видео MP4 640x360 (88 мб)
Видео MP4 320х180 (47 мб)

Звук:
( мб)
( мб)
Звук 64kbps MP3 (7 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (11.61 КБ)
FB2 (30.95 КБ)
RTF (164.63 КБ)