Беседа 23 октября 2013

Беседа с депутатом Государственной думы Евгением Фёдоровым 23 октября 2013
Разговор о терроризме, обмане Навального, финансовой власти России, нотариальной должности Путина, повышении дани в США, расходах метрополии, откупных деньгах банка JP Morgan и сколько платят за предательство.


Контейнер

Смотреть
Читать

Евгений Фёдоров

Евгений Фёдоров 23 октября 2013

Видео: http://poznavatelnoe.tv/fedorov_2013-10-23 

 

Собеседники:

Евгений Фёдоров (депутат Государственной Думы, eafedorov.ru)

Артём Войтенков (Познавательное ТВ, poznavatelnoe.tv)

Александр Богомолов (Главный редактор сайта http://засвободу.рф)

  

Артём Войтенков: 20 октября в сирийском городе Хама, расположенном в центральной части страны прогремел взрыв. Как сообщило информационное агентство Сурия аль-Эн, среди мирного населения есть жертвы. По предварительным данным, взрывное устройство привел в действие террорист-смертник, находившийся за рулем заминированного автомобиля.

21 октября 2013 года взорвался автобус в Красноармейском района Волгограда. Погибло 6 человек сразу, порядка 40 человек пострадали. Тоже взрыв был устроен смертницей. За теми, кто организовывал этот взрыв, числится убийство не менее 16 человек.

 

Евгений Фёдоров: В Волгограде.

 

Артём Войтенков: Да.

 

Евгений Фёдоров: Это профессиональные бандиты, убийцы. Это каратели профессиональные. Сколько убийств числится за каким-нибудь карателем гестапо на оккупированной территории СССР? Тоже десятки, сотни, а за некоторыми может и тысячи. Это – профи, они работают. 

 

Напоминаю.

Организаторы – граждане России, русские по происхождению, центральная часть России.

 

Артём Войтенков: Дагестанцы.

 

Евгений Фёдоров: Нет. Муж этой женщины он русский. То есть это не национальное преступление, не национальный конфликт – и в связи с этим терроризм. Это – вторжение в Российское государство карательных подразделений убийц. Понятно, что ещё такие предварительные, начальные, одиночные – в целом для нашей страны. Но это – то самое вторжение.

 

И Ливия переживала на каком-то предварительном этапе такое вторжение: в начале один, потом два, потом три. И Сирия переживала. Это сейчас Сирия – 100 тысяч человек убито и 6 миллионов беженцев. А на первом этапе это были одиночные террористические акты. 

 

Это – в чистом виде иностранное вторжение на территорию России с использованием завербованных наемников на территории России, в том числе и с идеологическими мотивами. Но это уже работа профессионалов вербовщиков, которые не только деньгами людей вербуют, но и вербуют, создавая какую-то идеологическую площадку, через грантополучательный механизм. Они их берут, прокачивают в грантовых школах, отбирают людей, у которых могут съехать мозги.

 

В чём логика работы с грантополучателями?

Берут сто человек. Их вывезли. С ними персонально начинают работать. Смотрят, кто есть кто. Из ста человек отобрали 5-6, которые либо психически неустойчивые, либо по какой-то причине у них особо отрицательное отношение к Родине (предатели потенциальные), либо ещё что-то. Дальше с ними начинается персональная работа. 

 

И дальше из этих пяти-шести:

  • − кого-то направляют, как Навального, на улицу,
  • − кого-то направляют, как особо подготовленного, в агенты в правительство, в министерство-ведомство в Россию,
  • − кого-то направляют, как что называется "отмороженного" в человеческом плане, на террористическую деятельность. 

 

Вот как технология эта работает

В России эта трёхзвенная система карательных операций на оккупированной территории в данном случае показала свою карательную, бандитскую, уличную часть.

 

Почему я на это акцентирую внимание?

  • − Решить эту проблему какими-то межнациональными убаюкиваниями невозможно. 
  • − Решить её уговорами или решением вопроса социального характера – невозможно.

 

Её можно решить только, запустив полномасштабную защиту и освобождение страны от внешней оккупации, от внешнего вторжения или от внешних карательных операций. Это такая маленькая война. Фронт – это часть войны. Основная война – это спецслужбы, диверсанты, агенты. Вот это – то же самое, об этом раньше говорили.

 

Что будет этот взрыв (не в Волгограде, так где-то) – было очевидно давным давно. Это было очевидно с момента, когда Россия начала бороться за суверенитет, начала пытаться решать эти проблемы хоть как-то. Это – контр карательная операция против России со стороны США. Иногда просто профилактическая, чтобы голову не поднимали. 

 

Такая простая вещь. Она увязывается с другими вещами. Не забывайте, что всё это:

  • − на фоне усиления эксплуатации России, как колонии, 
  • − на фоне появления бюджетного правила,
  • − на фоне решения конгресса США о перечислении американцам до февраля ещё 80 миллиардов дополнительно из России,
  • − на фоне – я тут недавно смотрел – МВФ издал очередной циркуляр по России, в котором он дал команду ещё сильней ужесточить банковский финансовый контроль внутри страны, и увеличить зависимость российских инвестиций от иностранных инвесторов. Прямо открыто так и пишут.

 

Всё это – в едином ключе действует. Это подобно тому, как работает у вас мощная система, а где-то внутри у неё есть и охранник, и водитель, и повар – они не главные. Вот и террористы – они не главные, но важный элемент этой системы контроля и эксплуатации России, как колонии.

 

Артём Войтенков: Бороться с терроризмом очень сложно. Не поставишь же полицейских с собаками на каждом углу. Если московское метро хорошо охраняют, то где-то в каком-то городе легко провезти, что-то взорвать, что-то свалить, развалить. Как противодействовать, если количество взрывов и прочих гадостей просто увеличится?

 

Евгений Фёдоров: Они увеличатся по одной причине, вы правы – как только увеличится их финансирование. Представьте, что американцы увеличат финансирование терроризма в России в десять раз. Как бы тут спецслужбы ни боролись, число терактов увеличится в 10 раз. 

 

В прошлом году в России было предотвращено 350 терактов, т.е. каждый день - теракт. У нас спецслужбы работают очень хорошо.

 

Если говорить о России, о русских, то именно где на уровне низового звена (солдата, работника спецслужб) обычно качество работы выше, чем у француза, немца. Русский солдат он всегда лично оказывался более храбрый, более сильный, чем противник – это традиция. Поэтому они работают лучше, чем соответствующие спецслужбы во многих других странах, на порядок лучше. Но при этом систему они заменить не могут. Да, из 10 терактов они 9 предотвратят. Но десятый прорвётся.

 

Вообще сама по себе тактика обороны она всегда ущербна. Если противник, враг, оккупант, агрессор, каратель усиливает воздействие, то он получает больше результата, какая бы ни была оборона. Единственной технологией, которая позволит решить проблему терроризма, такая же, как и решить проблему колониального статуса страны – это национально-освободительное движение. Наступление на территории России на американские институты влияния, на оккупационные механизмы. Технология наступления – это и есть национально-освободительное движение.

 

Мы должны изменить суть содержательную часть России:

  • − Изменить её конституцию.
  • − Изменить её законодательные принципы на суверенные.

И тогда вторжение террористическое резко уменьшится. Потому что оно потеряет смысл. 

 

Как работают американские специалисты?

На Сирии это видно. Для них вся картина:

  • − Здесь у них агенты во власти,
  • − Здесь у них уличная часть, типа Навальный,
  • − Здесь у них терроризм.

Если любой из этих элементов ослабляется, ослабляются и все остальные. То есть, нет смысла заниматься терроризмом, если сильная власть национальная. Потому что он становится абсолютно неэффективным и глупым. Там они начинают работать на других уровнях. И мы это наблюдали в девяностые годы. Почему в девяностые годы и в начале двухтысячного была огромный всплеск с терроризмом? Вспомните Норд-Ост, убийство детей в Беслане, взрывы – то есть гигантский всплеск был. По одной простой причине – власть была слаба. Слабая власть автоматически означает, что можно в это место направить наступательный порыв. Вот как на фронте: если в каком-то месте участок фронта у противника ослаб – туда все и наваливаются.

 

Александр Богомолов: Чем слабее контроль, тем больше действий. 

 

Евгений Фёдоров: Чем слабее контроль, тем больше энергии в это место, долбёж в эту точку. Как только в России власть начинает ослабевать, мгновенно начинают концентрироваться дополнительные силы, они усиливаются в 10-30 раз. Чтобы она ослабела и нужен Навальный с предателями со своими. 

 

Как только власть ослабла в силу того, что американцы стали выбирать губернаторов России и, допустим, провели своего губернатора, условно говоря. Как это было в девяностые годы. Значит, в это место тут же, мгновенно не 100 миллионов долларов вкачивается в терроризм и карательные функции, а миллиард или 2 миллиарда. Соответственно, с учётом коэффициента ослабления власти, эффект становится на порядок больше. 

 

Артём Войтенков: Эффект чего? Чего они хотят достичь?

 

Евгений Фёдоров: Карательных действий. Это – карательная операция против русского народа. Это – задача продемонстрировать русскому народу, людям, которые живут в России, что сопротивляться США нельзя, что надо вместе с ними уничтожать национальные власти. Это такая же задача, которая стояла перед карателями гестапо на оккупированной территории. Для чего они людей расстреливали и вешали?

 

Артём Войтенков: Запугать.

 

Евгений Фёдоров: Запугать весь народ, не только жителей этой деревни. Абсолютно такая же логика. Логика, по которой действуют люди, агрессоры, государства, конкуренция наций. Она одинаковая за последние десятки, может даже сотни лет, если грубо посмотреть. Логика такая же, люди не поменялись, головы у людей такие же, значит и методы такие же. Меняется только одежда и Айфоны – всё остальное – то же самое. Невозможен никакой терроризм, если противник (заказчик терроризма) не контролирует СМИ. Если он их не контролирует, они об этом террористическом акте не покажут, или покажут, как в Европе об аварии – один день. Просто информацию дадут и всё. А если они контролируют, то начинают это муссировать. Раскручивают и создают многократный эффект ужаса.

 

Сам террористический акт это карательный акт ужаса, запугивания.

 

Но если его начинают тысячи, орут везде, телевизор с утра до вечера это крутит, то эффект ужаса многократно возрастает. Соответственно заказчик террористического акта – он получает больше результат. То есть больше ужаса на затрату одного террориста. Всегда эти вопросы идут в одном ключе. И главная работа это терроризм. Он нужен для того, чтобы сработали агенты во власти, агенты на улице, агенты в СМИ. Если в любом из этих вещей агентов нет, или они слабы, терроризма не будет в принципе. Он не нужен становится, бессмысленная история. Вот такая простая вещь.

 

Национальный курс, национализация СМИ в России (не государственная, а национальная), взять её под национальный контроль, и национализация власти в России (а это есть национально-освободительное движение, как говорит Путин, национальный курс) и есть главный механизм прекращения любой террористической атаки на Российскую Федерацию. Он – самый главный механизм.

 

Артём Войтенков: Борьба переходит на другой уровень.

 

Евгений Фёдоров: А её нет. Она за границами. Уже борются равные государства на конкурентной площадке мира. Но внутри стран вторжение террористическое не осуществляется. Этот метод становится бессмысленный, там дипломаты ругаются… в другом измерении. И люди живут в этой стране нормально и счастливо, не боясь, потому что они не есть объект террористической атаки, она становится не нужна.

 

Александр Богомолов: В Интернете выложили выписку из ЕГРЮЛ по Центральному банку, где указано, что председателем Центрального Банка является Эльвира Сахипзадовна. Но в этой выписке не указаны учредители и народ спрашивает "а почему в Центробанке не указаны учредители?" Тем более, что Центробанк является частным.

 

Евгений Фёдоров: А этот человек выписал из ЕГРЮЛ выписку такого юридического лица как "Правительство Российской Федерации"?

 

Александр Богомолов: Но это не частное.

 

Евгений Фёдоров: Выписал?

 

Александр Богомолов: Нет.

 

Евгений Фёдоров: А вы попросите выписать, или выписку Верховного Суда. И он увидит, что у этих органов тоже нет учредителей. Потому что они по Конституции не зависимы от государственной власти России. Центральный Банк не зависим от государственной власти. Это означает, что он сам по себе – государственная власть.

 

Александр Богомолов: То есть, если есть выписка из какой-то фирмы, там есть учредитель, значит, она зависима?

 

Евгений Фёдоров: Конечно. Учредитель – хозяин.

 

Александр Богомолов: Учредитель – хозяин, гражданин Российской Федерации.

 

Евгений Фёдоров: Кто-то, не важно кто, хозяин. В данном случае у Центрального Банка в России хозяина нет.

 

Александр Богомолов: Так же, как и у Правительства?

 

Евгений Фёдоров: Как и у Правительства. Потому что и тот и другой являются сам по себе правительством. Если вы назовёте Центральный Банк правительством Российской Федерации (в сфере финансов) – вы будете правы. Это независимые абсолютно, даже не ветвь власти, а независимая власть. Причём, специфика конституции такова, что эта власть по международному соглашению является не российской.

 

Центральный Банк в России есть филиал Федеральной Резервной Системы США. Но не по праву "рождения", а по праву международных договоров и системы его работы, фактической системы работы.

 

Александр Богомолов: В связи с тем, что Центральный Банк сам является властью, пусть финансовой, у него нет хозяина.

 

Евгений Фёдоров: Да, на территории России. Только за рубежом. А сам он может быть хозяином много чего. Если посмотрите – много банков он учредил, многие институты создал.

 

В своё время не поняли многие люди, когда возникла у МВФ идея передать контроль за ценными бумагами в России Центральному Банку. Это означает конституционально, что полномочия российского правительства, которое зависит от президента, других органов власти и через них от выборной технологии (в отличие от ЦБ) – эти полномочия были уменьшены на право контроля за огромным сектором экономики. И цель этих решений была – взять под контроль международный все деньги в стране. Центральный Банк это – эмиссия, банковская система. Но есть ещё рынок ценных бумаг, есть пенсионные деньги.

 

Почему вы думаете, возникла эта идея, чтобы у пенсионеров отнять? 

 

Александр Богомолов: Пенсионная реформа.

 

Евгений Фёдоров: Это называется "пенсионная реформа", но суть простая: 350 миллиардов отнять и отдать американцам. Вот пенсионеры, через определённые механизмы. Со словами, что мы теперь не собираем эти деньги, а теперь это коэффициенты. Причём, я не критикую саму реформу, просто говорю вот эту её часть. На сегодняшний день происходит изъятие (уже решение принято) 350 миллиардов от пенсионеров личных средств и перераспределение их в американский бюджет, среди разных других вещей. Это стало возможно потому, что США вместе с Навальным пробили вопрос передачи полномочий за контролем Правительству 2.

 

В России существует:

  • − Правительство 1, где Медведев,
  • − Правительство 2, где ЦБ, 
  • − Внешняя система управления – это МВФ стратегическая,
  • − Госдепартамент.

Правительство 2 (Центральный Банк) находится под Госдепартаментом в большей степени, чем Правительство 1 Медведева. Соответственно, у Правительства 1 (Медведева) изъяли полномочия, дали в ЦБ, тем самым усилив Правительство 2 и в целом Госдепартамент на территории России.

 

Сделано это для двух целей:

  1. 1. Усиление эксплуатации России. Мы наблюдаем это по пенсионным деньгам, например. Там и бюджет, там много чего.
  2. 2. Сдерживание развития России и снижение экономического роста. По возможности – ликвидация страны.

 

Вот основные две цели (группы цели), которые стоят за этими многочисленными решениями, сделаны по команде МВФ.

 

Александр Богомолов: Давайте тогда уточним. Вы говорите "по команде" США, в том числе и Навального, начинается изъятие денег.

 

Евгений Фёдоров: Усиливается. Оно было всегда с 1991 года.

 

Александр Богомолов: Раз Навальный является иностранным агентом, и помогает изымать эти деньги, он для себя, получается, делает нелогичные шаги. Он против этой реформы становится.

 

Евгений Фёдоров: Кто вам сказал, что он против?

 

Александр Богомолов: Для чего это было сделано? Чтобы слить людей?

 

Евгений Фёдоров: Его задача – раскачать ситуацию в стране. Реформа – приняли решение американцы. Его задача – ликвидация России. Для того, чтобы ему ликвидировать Россию, ему надо за что-то цеплять людей. 

Вот он их цепляет:

  1. 1. За коррупцию, которую в условиях колонии решить нельзя.
  2. 2. За пенсионную реформу, за нормальное пенсионное обеспечение, которое в условиях колонии решить нельзя.

 

Александр Богомолов: И начинается – правительство виновато, вот оно не платит, оно забирает деньги себе.

 

Евгений Фёдоров: Да. В чём лукавство? Решения принимают американцы. А это решение они транслируют через множество своих агентов в России, в том числе частично через правительство (механизмы правительства). Но это не институтуциональное решение, не решение агентов во власти. На это хочу обратить внимание. Агенты во власти тоже не имеют полномочия, даже, если они находятся в правительстве министрами.

 

Решения принимает внешняя сторона – МВФ по конституции, а они просто транслируют это решение. В принципе является ли он агентом министром (как Ливанов агент влияния), не является – решение всё равно будет выполнено. Только агент может ускорить его, а человек, который борется – замедлить.

 

Александр Богомолов: Рано или поздно.

 

Евгений Фёдоров: Но он не может изменить систему. А дальше начинают уже такие стервятники, как Навальный, на втором уровне. Уже решения приняты, они проведены по приказу американцев, и он, зная об этих решениях заранее (они же ему об этом говорят), он пытается на этих решениях добить то правительство, которое наполовину агентурное. Добить правительство – это означает ликвидация страны. Такая простая формула.

 

Его (Навального) задача – помочь американцам снизу за счёт предателей из России ликвидировать национальную власть.

 

Александр Богомолов: Поднимать народные массы.

 

Евгений Фёдоров: Да. На ликвидацию национальных властей. Национальной власти. Не вообще власти. Потому что власти у нас две:

  • − Власть национальная,
  • − Власть оккупанта.

А против национальной власти. В усиление власти оккупанта.

 

Это такой вопрос, который надо понимать технологически, как он работает.

 

Мы с вами разбирали историю с митингом учёных по поводу Академии Наук. Не случайно разбирали. Решение принимают американцы. Выгодоприобретатель – американцы, все это знают, учёные сами знают. Многие из них получили эти бумажки из Америки "приезжайте к нам работать в связи с ликвидацией вашей Академии Наук".

 Их же настраивают некоторые деятели и говорят:

- Отвечать за решение должны национальные власти (хотя решение принимали американцы), давайте бить национальные власти.

 

Давить на национальные власти, тем самым их ослабляя, не давая им возможности вообще сопротивляться американским решениям даже на будущее. С одной стороны как бы берётся благое дело – защита науки, но потом извращается политическая логика, по которой всё это делается. Энергия направляется на ликвидацию национального государства.

 

Не для каждого это понятно. Это мы вступаем в сферу профессиональной политической оценки. Профессионализм означает, что люди должны иметь опыт, чтобы понимать процессы. Как на фронте: либо ты за белых, либо ты за красных.

 

Александр Богомолов: А сами учёные, которые выходили на этот митинг.

 

Евгений Фёдоров: Они там разбираются в чём-то? Учёных вытащили, организаторы, которые реально их вытащили против национальных властей. Может не так жёстко, как на Болотной, но всё равно понятно куда стрелы. 

 

Если бы организаторы учёным сказали:

  • − усиливается колониальная эксплуатация, 
  • − госдепартамент приказал ликвидировать науку в России,
  • − плохой госдепартамент и плохие агенты госдепартамента в российской власти.

Всё было бы идеально. Это была бы правда.

 

Александр Богомолов: Этого же никто не говорит.

 

Евгений Фёдоров: Правда. Это и означает, что организаторы сидят в системе американского управления. Может кто-то из них это не понимает, но они объективно в ней сидят. Они объективно (по дурости, термин есть такой русский) находятся на стороне фашистских войск, если мы говорим в терминах Великой Отечественной войны. Хотя, может, они так не хотели. Вот Власов хотел быть предателем или нет? Я думаю – не хотел.

 

Александр Богомолов: Вряд ли. Система "съела".

 

Евгений Фёдоров: Как-то да, он втянулся в эту схему. Реально власовцы (сотни тысяч солдат) наверняка убили десятки тысяч бойцов Красной Армии. Убили ведь. Они свою лепту внесли в ущерб для Советского Союза? Внесли. Но я уверен, что большинство из них не хотело. Вот так и учёные.

 

Шире посмотрите – и люди. И 600 тысяч предателей, которые за Навального проголосовали в Москве. Вот как это работает в историческом ключе, в исторических законах. Люди втягиваются в систему и оказываются на стороне врага, становятся палачами своего собственного народа, государства и себя, в конце концов, суицидально, своих детей. Эти процедуры прошли Сирия, Ливия, многие другие страны. Россия пока в начале этих процедур, но уже сейчас это надо понимать. Поэтому обсуждайте, чтобы люди могли понимать эти нюансы, может быть позже. В это надо вникнуть, не надо принимать на веру. В это надо вникнуть, понимать, как это работает.

 

Александр Богомолов: При условии, если люди не хотят в это вникать. Ограждаются: "наше правительство ворует", "у всех воруют", "всех надо разогнать, повесить"…

 

Евгений Фёдоров: Конечно, воруют.

 

Александр Богомолов: Человек начинает разбираться в этом, когда его лично, его семью – "меня с утра уже достало настолько это всё, тогда я пойду разбираться, где-то что-то искать".

 

Евгений Фёдоров: Терроризм это достаточный фактор, чтобы достало?

 

Александр Богомолов: Терроризм в Волгограде – да. Это – на территории Российской Федерации. Но рядом с моим домом это не было. Это, конечно, плохо. Но у меня около подъезда машина стоит моя пока живая.

 

Евгений Фёдоров: Пока – да. Во-первых, стоит одна, вы должны были быть богаче раз в десять, если бы вы жили в нормальной стране суверенной. 

 

НОД (национально-освободительное движение) даёт формулу. Историческая формула понятных вещей, простых достаточно, нет ничего сложного. Когда накручивают, придумывают, заваливают, лекцию читают на 100 часов о вещи, которой цена 3 минуты сказать о ней – это и есть технология обмана. А всё в основе – просто.

 

Посмотрите, как ведут у вас домашние животные. Они же не придумывают лекции. Они ведут естественно. И человек в каком-то смысле животное, и он тоже ведёт себя изначально понятным правилам, понятным и простым. Только сверху накручена всякая ерунда. Если эту ерунду отодвинуть в сторонку, то в основе будет всё просто.

 

Это называется – конкуренция наций.

Это называется – статус народа, подчинённого другому народу или государству.

Это – понятные и простые вещи, как статус человека, подчинённого другому человеку. Есть же у нас подчинённые. Их много. То есть всё в основе своей просто.

 

Давайте разберём простую вещь. Иногда рассказываешь, люди не понимают.

Возникает история. Спор (у нас и в комитете был с Оксаной Дмитриевой) по поводу финагента. Путин решил ввести финансового агента в правительство, чтобы управлять международными резервами.

 

Логика простая.

Международные резервы в России огромные. Доход формальный – 0,33% годовых.

 

Александр Богомолов: Международные резервы России, которые находятся в Америке.

 

Евгений Фёдоров: Объёмы их – 600-700 миллиардов долларов уже накапливается. На самом деле они там заложены огромное количество из них в долгосрочных договорах под 0.33%, договор на 25 лет.

 

Александр Богомолов: А почему такой большой процент?

 

Евгений Фёдоров: Потому, что он пустой, его никто не отдаст. Договор 0.33% на 25 лет – говорят резервы. Завтра что-то произошло. 

Мы бежим к американцам:

- дайте наши резервы.

Они говорят:

- Ваш Центральный Банк в лице начальника юридического отдела Пупкина (даже не руководителя) подписал бумагу, что вы эти деньги дали нам на 25 лет. Идите вон отсюда.

 

За 25 лет эти деньги, естественно превратятся в труху и не важно, что они 0.33%, могли бы быть и больше, всё равно их не вернут раньше. Это – всё, до свидания. Вот простой разговор. То есть это – липа. Все это понимают, Улюкаев об этом говорил, когда был первым зампредом ЦБ, сейчас стал министром экономики.

 

Путин попытался часть этих денег хотя бы не изъять у американцев (это бессмысленно, не отдадут) . 25 лет Пупкин, начальник юридического отдела, уже подписал, Путин ничего сделать не может. Пупкин важнее Путина в этих вопросах президента в тысячу раз. У Пупкина реально есть право подписать этот договор, а у Путина нет. Поэтому Пупкин и подписал в соответствии с решением МВФ и США.

 

Дальше происходит следующее.

Путин попытался часть этих денег хотя бы переложить в другие проценты. Обычная мировая система, по которой можно вложить деньги, - порядка 6% годовых. 

 

Артём Войтенков: Зачем ему перекладывать, если всё равно не отдадут? Какой смысл?

 

Евгений Фёдоров: Во-первых, возникает манёвр. Если в данном случае железобетонно – 0.33% и 25 лет, как решит Пупкин в ЦБ, и как решит его партнёр в Госдепартаменте США или в ФРС. Вот они там решили и послали и главу ЦБ, и президента России, и так написали бумаги. 

 

Тут возникает агент правительства.

Агент правительства подчинён правительству, а не Центральному Банку, как формально этот начальник юридического отдела.

Центральный Банк отделён по конституции, является самостоятельным правительством да ещё в иностранной юрисдикции, то есть прикрыт. Путину туда уж точно не добраться, никакими путями, до этого Пупкина. А до правительства ему легче – он где-то может на него повлиять. Значит, это уже будет не 25-летний договор, а может покороче. Не обязательно в доллары (это вообще страшное дело) вложатся, а в европейские, или вообще в китайские. Это даже представить себе нельзя – вдруг такое произойдёт?

 

Возникает какой-то манёвр. Понятно, что не полное изменение ситуации, но какой-то возможности. В этом смысл суть идеи агента правительства.

Теперь мы смотрим.

 

Александр Богомолов: Мы имеем в виду Росфинагентство.

 

Евгений Фёдоров: Росфинагентство, за которое у нас ратовала с пеной Оксана Дмитриева. Теперь посмотрим – почему ратовала, что тут такое? Всё же можно на бумагу положить.

 

Возьмём не 700 миллиардов, а возьмём 500 миллиардов долларов, которые Путин попытался изменить их принципы управления. А шаг следующий изменения принципов управления уже может быть и шаг к возврату средств. В отличие от 25 лет финагентство уже может начать по-другому ставить. Как только появляется конъюнктура, например, переложились в те же юани и там другая логика заработала.

 

Итак. Смотрим даже в тупой логике американцев.

0.33% или 6% годовых, которые сегодня стартап. Давайте посчитаем.

500 миллиардов, соответственно 6% - 30 миллиардов. Цена вопроса – 30 миллиардов в год долларов, которые американцы получают ежегодно из России дополнительно ко всем другим платежам. Только в виде процентов. Разница в процентах рыночных и назначенных ими.

 

Как вы думаете – можно в России организовать за 30 миллиардов Оксану Дмитриеву, грантополучателей? Напоминаю, все грантополучатели в России за год получают от американцев 3 миллиарда, правда официальных, без чемоданов. Это только один аспект. Один из десятков, на которых американцы на нас зарабатывают.

 

Теперь смотрите.

Путин говорит – Росфинагентство.

И какой поднимается вопль, хай и реально ему не разрешили это делать. Нет Росфинагентства. 

 

Иногда говорят – "подумаешь, за Навального проголосовали 600 тысяч".

Соберите вместе:

  • − 600 тысяч за Навального
  • − Оксана Генриховна Дмитриева с фракцией
  • − Агенты во власти, которые тут же сказали "Вы видите, как страшно: тут Навальный, тут Оксана Генриховна, а там ещё терроризм. Нет, не будем это трогать"

Всё. Идею путина слили.

 

Я просто показываю вам пример. Вот у нас говорят "царь Путин". Вам пример. Я таких примеров знаю тысячи. За последние 10 лет, начиная от системных типа инновационнная экономика, снижение процентных ставок. Международные финансовые центры, и кончая – конкретных уже текущих дел.

 

Александр Богомолов: Росфинагентство должно было наши деньги в будущем вернуть назад.

 

Евгений Фёдоров: Не вернуть. Оно не имеет права. Оно создаёт условия более лучшего контроля со стороны национальной власти. Потому что ЦБ нельзя назвать национальной властью в силу его статуса. Национальная власть это всё-таки правительство, при том, что в правительстве половина агентов. Как говорится, на безрыбье и рак рыба – других нет национальных властей.

 

Александр Богомолов: Росфинагентство должно было контролировать золотовалютный резерв.

 

Евгений Фёдоров: Оно должно было и контролировать. Правильно. И более – перевести их под контроль национальных властей, чем сегодняшний контроль за этими резервами.

 

Александр Богомолов: Сегодня контроля фактически нет.

 

Евгений Фёдоров: Сегодня нет – да. Поэтому, когда Оксана Генриховна говорит "мы там против финагентства", она же именно не говорит, что сегодня эти деньги дарятся, она об этом не говорит. Она обманывает людей. Она не говорит, что "я против того, чтобы Россия получила 30 миллиардов долларов в год, как дохода" - не говорит про это.

 

Александр Богомолов: Это для понимающих понятно.

 

Евгений Фёдоров: Ничего сложного в этом нет. Мы сейчас с вами за 20 минут всё это разобрали.

 

Артём Войтенков: Это вы нам объяснили. Мы-то в этом не разбирались.

 

Александр Богомолов: Я не знал этого.

 

Евгений Фёдоров: Это не так сложно. Я на это смотрю через политику.

Следующая идея Путина. Он говорит – давайте попробуем часть денег, отнятые у нас американцами под названием "международные резервы", вернём на строительство дороги Москва-Казань, например, или Большого кольца вокруг Москвы. 

Обратите внимание – говорим?

 

Артём Войтенков: Да. 

 

Евгений Фёдоров: Что он хочет за этой идеей сделать? Поскольку у него нет полномочий, он делает частичные шаги. Не может решить проблему суверенитета, потому что народ предал страну. Без народа этого решить нельзя. А хоть как-то что-то он пытается сделать.

 

Во-первых, против идеи восстали все – массовая, тотальная травля этой идеи: украдут, всё разворуют, ничего не произойдёт. Факт?

 

Александр Богомолов: У нас украдут или Америка сразу забирает.

 

Евгений Фёдоров: Я говорю о пропаганде. Работает государственная пропаганда против политики президента хоть частично усилить суверенитет страны. Государственное СМИ воюет с президентом. Надо просто понимать, как эта система работает.

 

Дальше Путин говорит, пытается вытащить часть этих денег от американцев, которые просто подарены – как бы меньшее вернуть назад чуть-чуть. Не получается. Я уже могу прогнозировать – не получается, как с Росфинагентством, как с инновационной экономикой, как с низкими процентными ставками, как с международным финансовым центром, как с малым бизнесом.

 

Александр Богомолов: Вся наша система встаёт против.

 

Евгений Фёдоров: Естественно. Не по-лу-ча-ет-ся. Как только вопрос чуть-чуть системный, либо касается бабла, извините, которое американцы наше "скушали", и которое типа мы хотим чуть-чуть обратно взять – не получается. И тут же поднимаются навальные, предатели в России 600 тысяч, террористы в Волгограде, агенты во власти – и вся эта геополитическая машина наваливается на Путина, как стая волков на медведя, и всё. Не получается. А народу – плевать, народ предал страну, ему начхать на это всё. Всё, вопрос закончился, до свидания. Вот так.

 

Артём Войтенков: В июле 2013 года министерство финансов России рассматривало ослабление рубля, как одну из мер для стимулирования экономического роста и пополнения федерального бюджета. Это заявил глава ведомства Антон Силуанов. И тогда они стали там курс опускать, хай поднялся, все стали успокаивать, аж сам МВФ пришёл с успокоениями. И сегодня 23 октября федеральное казначейство России начинает покупать иностранную валюту у Центробанка. Это новый порядок проведения операций. За первые пять дней на эти цели планируется потратить 10 миллиардов рублей. Операции покупки валюты будут проведены в оставшиеся рабочие дни этой недели, и в понедельник, во вторник следующей. Казначейство планирует в каждый из дней потратить по 900 миллионов рублей на покупку евро и доллара, и 200 миллионов на покупку фунтов стерлингов. Антон Силуанов в интервью агентству Bloomberg сказал, что нам будет лучше от этого. Объясните, пожалуйста, что это?

 

Евгений Фёдоров: Очень просто. Всё понятно. Сразу давайте свяжем все явления. Деньги, особенно если деньги называются доллары, - они все единое пространство экономическое. Они все прозрачны, технология их движения, она очень простая.

 

США провели 4 дня назад заседание конгресса, которое было раньше понятно о чём, т.е. оно уже формальное было. На котором они приняли решение изъять дополнительно у колониального мира (у колоний) в своих интересах в бюджет США для целей программы здравоохранения и других в США, конкретно социальные расходы США – 1 триллион 100 миллиардов долларов.

 

Александр Богомолов: С начала года.

 

Евгений Фёдоров: До февраля, до 7 февраля. Сейчас – до 7 февраля, за три месяца. И из них на Россию распределено 80 миллиардов долларов. Из этих одного триллиона ста, которые обязаны колонии предоставить американцам для социальных расходов, 80 миллиардов распределено на Россию.

 

Александр Богомолов: Американцы подняли планку госдолга на три месяца, временную.

 

Евгений Фёдоров: Объясняю, как это работает.

Американцы сказали:

  • − Не важно, что у нас нет доходов,
  • − Не важно, что у нас бюджет почти 4 триллиона долларов,
  • − Нам для социальных расходов в Америке не хватает ещё триллиона ста до 7 февраля.

Американское правительство даёт команду ФРС напечатать один триллион сто. 

 

Что такое напечатанная ФРС бумага?

Это – бумага, она никому не нужна. Напечатал ФРС эти деньги, сложил в своё хранилище и что дальше? Деньги кто-то должен взять и за них должен дать реальные ресурсы. Их же с вертолётом не будут разбрасывать по всему миру. Должны дать реальные ресурсы. Следовательно, с этим "кто-то" надо договориться: либо силой, т.е. заставить, как рекетёры заставляют – купи кирпич за миллиард.

 

Александр Богомолов: Продать надо свои доллары.

 

Евгений Фёдоров: Да. Вот тебе кирпич за миллиард, а не купишь – я тебе дубиной по голове. Приходится покупать. Помните, как рекетёры продавали кирпичи в 90-е годы.

 

Либо силой, либо через своих агентов в правительствах и Центральных Банках. Вот что надо сделать американцам. И через институты, которые заставляют это правительство (ранее принятые) так делать. На Россию распределено 80 миллиардов. Нас Россия интересует. С Китаем работают дипломаты американские. Туда наверняка сейчас Обама поедет договариваться с Китаем, чтобы он выкупил миллиардов 200. Это каждый год он ездит туда с этими же целями. Там другие методы.

 

Для России метод простой – прямая команда МВФ начать выкупать 80т миллиардов.

 

Как выкупить 80 миллиардов в России?

За реальные ресурсы пустую бумагу – как?

Центральный Банк за счёт эмиссии. Да, главный метод – уже не может. Планку дани подняли до такой степени, что механизм эмиссии (а он главный механизм сборов колониальных) не хватает, не закрывает этот объём (гигантский). Американцы из России выкачивают минимум половину всего, что мы производим, если всё совокупно посчитать. Им всё мало. Соответственно этот им не подходит. 

 

Они говорят: "Всё, ваш механизм эмиссии уже не работает в плане обеспечения нас такими объёмами дани. Частично – да, а полностью – нет. Вводите дополнительные механизмы сбора и выплаты дани".

 

Какие это дополнительные механизмы?

Бюджетное правило появилось с прошлого года. Суть бюджетного правила: 10, потом ещё 10 процентов бюджета уже изъять. То есть, по бюджетному правилу изымается за два этапа 20% бюджета в совокупности из социальных статей. Например, в бюджете заложено изымать из статьи здравоохранение деньги российской и перечислять в бюджет США на статью здравоохранения. То есть, российские больные они являются туземцами, на которых нужно в тысячу раз меньше денег, чем на высокоуважаемых бомжей в Америке. Частично эта программа Обамы распространяется на бомжей. Бомж в Америке – белый лорд, сверхчеловек (Обама об этом сказал). А больной в России, это холуй и туземец, на него можно не обращать внимания, на пайке проживёт. Вот какая логика.

 

Дальше.

На территории российской колонии не только агенты в правительстве, в политической системе, но и система так устроена, она так построена по конституции. Принимает решение – есть. Американцы говорят "надо", тут говорят "есть" (Центральный Банк и все остальные). 

 

И дальше вводится бюджетное правило:

  • − У наших больных изымают, американским больным перечисляют.
  • − У наших ЖКХ изымают (отсюда высокие тарифы, кстати, а не просто так). Говорят "тарифы", "никак не связано с оккупацией".

Прямая связь.

 

Прямо тут (в бюджете) сказано:1

  • − Уменьшить финансирование ЖКХ, передать деньги в американский бюджет.
  • − Уменьшить финансирование зарплат. Будет падение зарплат. Относительно инфляции падение. Перечислить в США.

 

Александр Богомолов: Именно поэтому Медведев говорил, что многим придётся искать работу, менять работу.

 

Евгений Фёдоров: Честно всё сказал. Он сказал честно, ему пришёл приказ и он обязан его выполнить (по конституции). Как честный человек, вышел и сказал "Ну, ребята, надо, значит, надо".

 

Александр Богомолов: Будем есть меньше.

 

Евгений Фёдоров: Сверхлюдям – у них потребности возросли. Значит, нам надо (туземцам) ужаться.

 

Это запустили здесь.

Кроме того, параллельно:

  • − Центральный Банк ужесточил финансовые требования к банкам – вводит Базель-3 с нового года. Базель-3 означает сокращение денежной массы страны в целом. Потому что инвестиционная масса сокращается. Жёстче требования, значит, меньше можно оборачивать деньги. Тот же банк раньше мог миллиард денег крутить, сейчас только 200 миллионов. соответственно, в целом в стране становится меньше денег. 
  • − Плюс к этому сотни решений более мелкого характера, допустим, ликвидация у пенсионеров 350 миллиардов.

 

Александр Богомолов: Всё в совокупности должно вывести 80 миллиардов к ним.

 

Евгений Фёдоров: Да. За три месяца только. А есть ещё и другие платежи.

 

Александр Богомолов: Хорошо. Вопрос тогда такой. Такие вещи не могут продолжаться бесконечно.

 

Евгений Фёдоров: Могут. Колонии бывают и сотни лет, и двести. Пока народ соглашается быть холуём или рабом, он и живёт в таком статусе. Чтобы освободиться рабу, ему надо сказать "не хочу быть рабом". А если он хочет им быть?

 

Александр Богомолов: Вы сами сказали сейчас. В связи с тем, что уже механизм эмиссии не срабатывает, уже не хватает. Американцам и иже с ними ведь не будет хватать денег всё больше и больше. Госдолг Америки будет расти 17-20…

 

Евгений Фёдоров: Это оформление. Просто американцы будут усиливать эксплуатацию.

 

Александр Богомолов: Чтобы обычным людям было понятно - увеличение американского долга является деньгами, которые будут платить все граждане мира в США.

 

Евгений Фёдоров: Естественно, кто-то же должен им дать эти деньги, причём реальные деньги, не пустышки.

 

Александр Богомолов: Если институт эмиссии в Центробанке уже не срабатывает, его не хватает, как раз вводят бюджетное правило, Базель-3, и многие другие.

 

Александр Богомолов: Усиливают эксплуатацию по многим факторам. Это мы назвали парочку, а вообще их сотни.

 

Александр Богомолов: После февраля, к примеру, у них опять начнётся, и они опять будут увеличивать госдолг. Мы будем ещё больше отпускать, но бесконечных денег не бывает.

 

Евгений Фёдоров: Почему? Бывает. Нас будут опускать до уровня физического потребления, девяностые годы. Мы сейчас живём в 10 раз лучше, чем в девяностые годы. Вы сейчас зарплату получаете 20000, будете получать 5000, в реальных показателях, не в бумажках. Вы же жили на 5000 10 лет назад? Жили, значит, не умрёте. Помним, как гайдаровское правительство говорило "умрёт 30 миллионов, это те, кто не вписались в рынок, это их проблемы". Если можно в Сирии детей травить газом, то почему американцам нельзя в России создать условия, чтобы умерли 33 миллиона человек? Я понимаю, что это вещи одного морального порядка. Если ты можешь сотни детей убить газом в подвалах и выложить на площадях, уж точно ты не будешь беспокоиться за российских пенсионеров, уж точно они тебе не будут сниться во сне. Это точно после этих детей. Это их решение. Американцы, англосаксы за счёт колоний (туземцев) живут 500 лет. Они по-другому жить не умеют. Они вот те волки, которые едят овец. Как Путин говорил "американский волк кушает и кушает". Вот они едят овец. Вы их уговариваете "как же так, овцы такие хорошие, а ты им горло перегрызаешь".

 

Александр Богомолов: Это бесполезно. Они не воспринимают, у них другого нет.

 

Евгений Фёдоров: У них другая жизненная логика. Это – англосаксонская логика, по которой есть сверхнация (действительно есть). Гитлер же не придумал на ровном месте, просто он открыто говорил об идеях, о которых Обама сейчас говорит, которые существуют в англосаксонском мире изначально. Это их индивидуалистический мир, он так устроен. Просто не все говорят правду. Вот Гитлер говорил правду, Обама говорит правду – просто сказал правду. Что тут такого? Он не сказал ничего нового – мы и так это всё знаем.

 

Оплачивать эту кровожадную линию (историческую) будет тот, кто согласен платить. Если овцы согласны, чтобы их кушали волки, они будут всё время подходить, подставлять бочки, чтобы волку было удобнее. Россия это и делает, потому что народ России и Советского Союза принял решение перейти из категории свободных людей свободного государства в категорию рабов, холуёв, вассалов. Это его решение. Чтобы не перейти, надо было выйти в 1991 году на улицы, сбросить там полмиллиона предателей, которые там уже стояли, оттеснить их пятью миллионами в конце концов. Это сделано не было. 

 

Сейчас в России нет такого, чтобы тишь и гладь. В НОДе 200 штабов создано в двухстах городах, люди борются. Просто этих людей мало. Для того, чтобы они победили и сбросили внешнее управление, их должны быть миллионы, десятки миллионов в активной позиции. Не просто "я там крикнул", а в активной позиции. Если такой позиции нет, значит, им в целом, как нации, нравится быть холуями, рабами. 

 

Значит, американцы смотрят на это и внутри себя перераспределяют: сегодня на Россию распределили 80 миллиардов. Смотрят – тут нормально. А где-то там, в Греции слишком сильно бунтуют. Там же те же процессы. Давайте грекам в следующий раз чуть поменьше затягивание поясов, а вот в России побольше, потому что тут "хавают", им нравится быть рабами, они такие довольные, да поставим им 150, будут прибавлять – каждые три месяца: 80, потом 90, 100. Они скачков не делают, у них опыт.

 

Александр Богомолов: Хорошо. Исходя из этого, такой вопрос люди задают до сих пор – почему выкупаем долговые обязательства? Разве мы не можем взять, собраться в кулак и сказать "а мы не будем"?

 

Евгений Фёдоров: А мы их не выкупаем. Вы их выкупаете?

 

Александр Богомолов: Я лично нет.

 

Евгений Фёдоров: А вы?

 

Артём Войтенков: Нет.

 

Евгений Фёдоров: И я не выкупал.

 

Александр Богомолов: Я пользуюсь российскими деньгами.

 

Евгений Фёдоров: Не пользуйтесь, если сможете. 

 

Александр Богомолов: Я хочу.

 

Евгений Фёдоров: Тогда о чём эти люди говорят? Кому их адресован посыл? Вы не выкупаете, я не выкупаю. Их выкупают американские агенты конституциональные, не физические, не люди. Конституциональные американские агенты по конституции Российской Федерации, утверждённой этим человеком, который вас спрашивает. Он сам так захотел, в 1993 году проголосовал за конституцию. 

 

Объясните ему это:

– Парень, ты такое решение принял, твоё решение. По твоему решению ты согласился быть рабом, плати. Что такое? Проснулся, батенька?

 

Артём Войтенков: Да, через 20 лет.

 

Евгений Фёдоров: Долго ты спал.

 

Александр Богомолов: Русские, ну очень медленно запрягают.

 

Артём Войтенков: А если мы возвратимся к покупке валюты - это простейшее тупое выкупание американских долларов. 

 

Евгений Фёдоров: Тупое на валютной бирже в Москве. Нет никаких сложных вещей. Нет такого, что сложная схема, по которой надо разобраться специалисту. Просто тупо покупают пустые бумажки за реальные ресурсы. Как выкупали колонии 50 лет назад, 100, 200, 300, 500, тысячу (там другие механизмы уже действовали), 10 000 лет назад – всё одинаково. 

 

Артём Войтенков: Вы говорите, что Америка берёт с нас долг, Америка заставляет нас платить бюджетное правило, заставляет нас платить дань – да. Но штука в том, что в Америке, например (мне прислали письмо, в новостях этого нет), у них законодатели проголосовали за то, что с 2014 года будет срезана часть, так называемого, фудстампа (продовольственного пайка), который раздаётся, как социальное пособие американцам, чей доход ниже определённой планки. Это позволит сэкономить там определённое количество денег. На продовольственном пайке за 2005 год было 28 миллиардов. 74 миллиарда уже в 2012 году. И люди – их количество возрастает на 20% ежегодно.

 

Евгений Фёдоров: Речь идёт о деклассирующих элементах, которые не умеют управлять даже своими деньгами. У них есть отдельное пособие для граждан в денежной форме. Всевозможные, огромное количество социальных пособий. Уже для деклассантов, которые не умеют, условно говоря, взяли деньги и тут же пошли, обменяли на алкоголь. Для них вводится прямая продовольственная помощь, чтобы они не голодали.

 

Это большая программа, 26 миллионов, я про неё знаю. Это внутреннее перераспределение бюджета. Учитывая, что Обама ввёл дополнительные расходы социального бюджета на медстраховку (триллион долларов), то на этом фоне сократить какие-то небольшие социальные расходы – это нормальное перераспределение средств. 

 

Артём Войтенков: Получается так, что у них всё время растут расходы у американцев, на эти программы, на всё это. И за счёт этого они хотят больше изымать дани с других стран.

 

Евгений Фёдоров: Естественно, это логичная политика. Монополия (метрополия), если она чувствует, что может усилить. Вот вы хотите больше получать зарплату?

 

Артём Войтенков: По-моему все хотят.

А почему вы думаете. Что американское государство и социальные власти (на социалку) не хотят больше получать. Вопрос только в том – кто может, а кто нет.

 

Если мы посмотрим Европу, то Европа жила долгое время, как вассал США, их союзник европейских государств (центральной Европы). Долгое время жили за счёт советского наследства. Массовая эксплуатация Советского Союза бывшего и России в том числе, Украины, - приводила к огромным количествам репараций, контрибуций, которые проистекали в том числе и союзникам США. И за счёт этого они привыкли жить не по средствам, потому что всё время имели дополнительные средства.

 

Когда Россия начала наводить порядок, то контрибуции, репарации уменьшились. Дань осталась. Но дань – американцам в основном. А вот военные трофеи, что называется, - они не долговременные. Та же репарация, контрибуция – обычно на определённый срок. Они начали сокращаться. За счёт этого у нас произошёл рост качества жизни. У нас экономика не сильно увеличилась в девяностые годы, а качество жизни увеличилось раз в десять. Если в девяностые годы были люди, которые по два-три года зарплату не получали вообще, то сейчас не все могут представить, что люди кормились с огородов.

 

Артём Войтенков: Я знаю, у нас эти огороды были у дома.

 

Евгений Фёдоров: Подзабыли. Сейчас уже нет такого, чтобы люди на огороды шли, потому что им кушать нечего и массово налаживали. А это тогда было. 

 

Мы уменьшили военную компоненту дани (репарация, контрибуция). Как обычно – советская армия пришла и собрала все заводы из ГДР и вывезла, а потом перестали это делать. Это обычно делается в первые пять-десять лет после победы. Эти пять-десять лет наступили, и Европа стала получать значительно меньше денег из России и бывшего СССР. Начали меньше получать денег и ресурсов, а рассчитывали на то, что поток. Уже привыкли. Соответственно у них возник диссонанс. Они оказались как семья, которая рассчитывала на большие доходы, набрала долгов, а доходов не получилось больших. Они думали, что доход большой, а оказался меньше. В результате семья оказалась в дефолте – эти долги начали приводить её в состояние дефолта. Европа оказалась в такой ситуации и Америка тоже.

 

Но американцы, как более сильные, пожертвовали Европой. Европа реально снижает потребления. Греция, Испания, Италия – там реально снижаются потребления. Американцы на это не пошли. Их европейские союзники снижают потребление, а американцы и не собираются его снижать, они продолжают наращивать. И они будут его наращивать, пока не столкнутся с непреодолимыми препятствиями в повышении качества своей жизни, в повышении сбора дани.

 

Артём Войтенков: Так они уже начинают у себя срезать.

 

Евгений Фёдоров: Перераспределять. Они увеличивают всё равно. Это они некоторые программы уменьшили, а основные программы социальные – увеличили. Только одна медстраховка – триллион долларов. Вот вы назвали – сколько они на этом сэкономят.

 

Артём Войтенков: Немного.

 

Евгений Фёдоров: А теперь сравните – сколько они тратят на медстраховку – триллион долларов. Ясно, что если бы они оставили и эти программы, то им пришлось бы собирать дополнительно не триллион долларов (сейчас до февраля месяца), а триллиона полтора-два.

 

Артём Войтенков: 39 миллиардов они хотят сэкономить.

 

Евгений Фёдоров: Всего. А тут триллион только на одной медстраховке. Это – внутреннее перераспределение. Тем более в условиях, когда они деньгами получают эту помощь, продовольственная помощь – уже избыточно. Я тоже так считаю. И они там подчищают какие-то мелочёвки. А по крупному – только наращивают расходы за счёт нас.

 

Артём Войтенков: 17 октября ограничение на операции с наличностью, перевод средств за границу ввёл американский банк CHASE. JPMorgan Chase – один из крупнейших банков США. Сначала они сказали, что это типа введено государством, а потом сказали – нет, внутренняя политика банка, и сказали, что не на все счета, а только на определённые. Тем не менее получается, что они запрещают выводить какие-то средства за границу. С чем это связано?

 

Евгений Фёдоров: У американцев всегда существовал разный оборот долларов для заграницы и для Америки. У них существует заграничный (колониальный) доллар – для колоний, либо для вторичного оборота в колонии. Как в России. Вот существует рубль, который есть производная. Рубль – тот же доллар, только напечатан, перекрашен. Параллельно с рублём в России существует долларовый оборот. 

 

Фактически существует 3 доллара:

  1. 1. Доллар американский (настоящий)
  2. 2. Доллар для внешнего оборота в колониях
  3. 3. Местные валюты, привязанные к доллару, тот же доллар, только напечатан в другой типографии.

Вот три уровня доллара. Всегда американцы чётко делали границу оборота долларов внешнего и доллара внутреннего – это для них железобетонное правило. Подобно тому, как у них раньше было золотое обеспечение доллара (они по него отказались), то и сейчас они в принципе могут в любой момент в случае критической ситуации отказаться от внешнего доллара, который для них просто физически другой:

  • − Другая номерная серия,
  • − Другие на бумажках цифры.

Конкретный механизм оборота, и любой банк всегда их отделяет. К нему поступает доллар из оборота американского – привезли выручку. В банке выручку инкассируют. Во время инкассации выбрасывают внешних долларов вправо, внутренних долларов – влево. Если вы приедете в Америку с долларом, купленным в России, или в Китае, или где-то вы заплатить можете (пока). Пока американцы не запретили оборот внешних долларов на территории США. Могут запретить. Можете заплатить, он (внешний доллар) попадёт в банк, и банк его отбросит обратно – в заграничный доллар. И потом он обратно попадёт куда-то в Россию, в Китай, в Индию, ещё куда-то. А внутренние останутся оборачиваться в США. 

 

Банки это знают. Иногда в условиях кризиса (там видно у них сильно трясёт) они эту систему пробивают. Видимо были какие-то слухи, что в случае чего, США уже сейчас могут объявить такой дефолт. Дефолт этот означает полную ликвидацию так называемых российских золотовалютных резервов заодно.

 

Артём Войтенков: Типа мы обанкротились, мы ничего не вернём.

 

Евгений Фёдоров: Да, конфискация. Это предусмотрено. Кстати, это является официально по закону форс-мажором, если что, Россия даже ничего предъявить не может, никаких судов. Ничего не может быть. Американцы сейчас считают, что это не нужно. При этом систему держат в готовности. Некоторые банки (банкиры все знают эту систему) они иногда пробивают эти вещи.

 

Артём Войтенков: Для чего они это делают? Чтобы просто не пускать доллары свои внутренние за рубеж?

 

Евгений Фёдоров: Чтобы доллары внутренние не шли за рубеж, а внешние не шли в американский оборот.

 

Артём Войтенков: Но дело-то идёт об электронных деньгах.

 

Евгений Фёдоров: Какая разница? Это не имеет значения. В современном мире электронные деньги и деньги бумажные – они одинаковые. Электронные деньги ещё легче отследить. У них есть источник: перевели с одного на другой. Деньги же они реальные. Не важно, что они электронные. Понятно, что электронных денег больше, чем бумажных. Поэтому, когда американцы печатают доллары, то они не печатают большую их часть, они просто в компьютерах рисуют нули. И за эти нули вывозят из России дополнительные богатства путём продажи этих нулей на российской валютной бирже нашему Центральному Банку.

 

Артём Войтенков: Американский банк JPMorgan в обмен на прекращение расследования, связанного с его деятельностью, которая возможно привела к этому кризису 2008 года, выплатил (или собирается выплатить) в казну США сумму в размере 13 миллиардов долларов. Откупается от федерального преследования. Это как понимать? Полная коррупция так узаконенная в США, или другие взаимоотношения?

 

Евгений Фёдоров: Это просто взаимоотношения частного капитала американского с американским правительством. Почему мы никак не можем здесь иногда договориться?

 

У нас почему-то думают, что существует, например, имущество государственное и имущество частное. 

 

Артём Войтенков: Это нормальное разделение: государственное и частное.

 

Евгений Фёдоров: Я понимаю. Но в России разделение главное не это. В России, как и в любой колонии, главное: имущество национальное и имущество иностранное. У нас это не понимают. Национальное имущество может делиться на имущество частное и государственное. Но с точки зрения управления этим имуществом, частное лучше управляется. Когда имущество национальное, оно находится под таким контролем государства, что там, если хотите, вплоть до того, что вы можете назначать частным директорам их зарплаты, уровень зарплаты.

 

Реально, когда вы начинаете сравнивать национальное имущество, вы не можете отличить ни одного элемента, чтобы частное имущество было более эксплуатационным по отношению к людям, или чтобы оно хуже работало, чем государственное. Наоборот. У нас происходит подмена понятий. У нас обманывают людей.

 

У нас иностранное имущество - иностранная собственность, которая не входит в российский оборот, и не подлежит российскому контролю, как бы говорят, "видите, всё частное имущество". А оно иностранное, оно колониальное. Это имущество, за которым стоит оккупационная армия, это другая логика совсем этого имущества. То же самое в Америке, везде. 

 

Самое главное, чтобы имущество, или недвижимость, всё, что угодно - было национальное. Тогда устанавливайте любые правила, даже более жёсткие, чем у государственных предприятий, можете установить, имеете право, что оно вам подчиняется через национальные законы. 

 

В России такого почти нет. Поэтому у людей, которые неграмотные, у них происходит подмена понятий. Они как бы говорят "вот государственное имущество это хорошо".

 

Хорошо национальное имущество, к которому относится и государственное. Но внутри национального имущества частное имущество лучше с точки зрения управления эффективности этого управления. Потому что мотивацию никто не отменял. У чиновника мотивации нет. У частника, как бы вы его ни зажимали, мотивация есть, потому, что он рискует, нервничает. 

 

А чиновник не нервничает никогда. У чиновника главное, чтобы не подставили. Вот если подставят, его уволят. И то – уволят, он тут же на другую работу уйдёт, у него же друзья. У него другая логика кадрового решения. Поэтому ему в принципе вообще по барабану это имущество – он за него не отвечает реально. Он отвечает за хорошее отношение с начальником, ничто другое чиновника не интересует – только хорошее отношение с начальником. 

 

А у частника есть мотивация на эффективное управление имуществом. Но при этом его надо обложить государственным контролем и правилами, вплоть до абсолютно таких же, как для госкомпаний. 

  • − Хотите – вводите требования, чтобы зарплата менеджера в частной фирме была не больше 10, не больше 3 раз, чем у рабочих, например – можете, имеете право, обязаны выполнить. 
  • − Хотите – вводите, чтобы частник обязан был на социальную сферу тратить половину фонда – пожалуйста, вводите.

Для государственной вы даже так не сможете ввести, потому что в государственное вы не имеете права вводить такие нормативы в принципе, там другая технология управления имуществом. 

 

Вы частника можете зажать в любую ситуацию и приказать ему, что угодно, в отличие от государственной компании.

 

А у нас этого не понимают. Поэтому у нас сторонники социального курса его путают с государственной конструкцией имущества и оборота. Не надо путать.

 

Надо именно менять статус иностранного имущества на территории России, вот что надо делать. Надо вообще выходить на то, чтобы его не было. Россия должна быть такой страной, чтобы в ней было только национальное предприятие, национальное производство по собственности, по кредитованию. Когда мы на это выйдем, у нас будет самая богатая в мире страна. Мы тогда будем обеспечены всей огромной мощью огромной российской территории, огромных ресурсов для своей жизни. 

 

А пока у нас всё иностранное – мы будем колонией, которая обслуживает другие страны.

 

Артём Войтенков: Как это связано с банком JPMorgan Chase, который даёт 13 миллиардов за то, чтобы его не преследовали?

 

Евгений Фёдоров: Просто договорился американский национальный банк с американскими национальными властями, т.е. друг договорился с другом. И суть договора, они там сверили расчёты (мы даже не знаем какие), национальные власти сказали банку:

  • − Вот здесь ты на нас заработал 20 миллиардов, например. Вот отдай 13 хотя бы.

Вот он их перераспределил и отдал.

 

Артём Войтенков: Его же обвиняют этот банк в том, что он устроил этот кризис. Последствия там не 20 миллиардов, там гораздо больше.

 

Евгений Фёдоров: Ну и что? Последствия для кого?

 

Артём Войтенков: Для той же Америки. 

 

Евгений Фёдоров: Ну, не получилось, опростоволосился друг – простили. Он же свой. 

 

Артём Войтенков: Получается по вашим словам, что вот эти владельцы крупных банков и правительство США по сути дела очень сильно повязаны между собой.

 

Евгений Фёдоров: Это одно и то же. С точки зрения национального интереса – это одно и то же. Это – однородная вещь, абсолютно. Они там перемешиваются постоянно, одни становятся то там, то здесь – это одно и то же. У разных своя функция. 

 

Вот вы сидите у себя в отделе в офисе. Сидоров там платёжки считает, Иванов напротив него считает проплаты. В принципе – они заняты одним делом, у каждого своя специализация. 

 

Это – институты американской нации. Частный бизнес (этот банк), правительство – это институты американской нации.

 

Почему у нас нельзя договориться?

Потому что у нас крупный бизнес не национальный. Он из другого института, он из американского института на территории России. Поэтому договориться с ним российскому правительству о чём-то серьёзном или российской власти – невозможно. Его американцы создали как иностранный институт на территории России.

 

Это всё равно, что президент попытается договориться с послом другой страны. Разговаривать будет, потому что вежливые все, но совершенно не обязательно договорятся: у него там свои правила, тут свои правила.

 

Поэтому:

  • − Ключ – национальный бизнес.
  • − Ключ – национальная юрисдикция

О чём Путин в послании и говорил - будет национальная юрисдикция, то договорятся о чём угодно со всеми, и всё будет отлажено, и работать блестяще будет, и зарплаты будут в 10 раз выше. 

 

Артём Войтенков: У нас мало людей понимают, что в основном все крупные предприниматели они все иностранные предприниматели на самом деле. Об этом никто не говорит. Даже на финансовых источниках, финансовые эксперты они тоже про это помалкивают.

 

Евгений Фёдоров: Это – оккупационный пропагандистский режим. Это другое дело. Если бы в колониях было легко освободиться, в том числе в информационном пропагандистском режиме, колоний бы не было в мире. Но их в мире много всегда было. 

 

Если ты проиграл войну и стал колонией, обратный ход будет тяжёлый, долгий, не простой и рискованный. Не обязательно, что получится – это надо понимать. 

 

И элемент оккупационной машины – это пропаганда, которая врёт с утра до вечера. Наши ведущие каналы Первый, Россия, РИА-Новости тоже врут с утра до вечера, потому что они – элемент оккупационной пропаганды. Их для этого американцы на территории России такими создали, чтобы они врали. 

 

Артём Войтенков: Понятно. А как ваш закон продвигается? Вы хотели внести закон как бы то же самое об иностранных агентах. Те иностранные предприниматели в России, чтобы они писали, что они иностранные предприниматели.

 

Евгений Фёдоров: Иностранный бизнес. Не просто писали, а чтобы у национального бизнеса были низкие процентные ставки, высокое развитие. Мы много законов нашим депутатским объединением "Российский суверенитет" написали. Это закон о брендах. Бренды должны быть русскими, на русском языке на территории России. А если они иностранные, то надо платить небольшой налог. Это другой закон, он тоже готов. Мы сейчас закончим сессию пленарную, мы сразу начнём вносить эти законы один за другим.

 

Закон о национальном бизнесе планируем внести в понедельник. Вот мы сейчас говорим в среду, а в понедельник планируем внести.

 

Артём Войтенков: А вы будете вносить один закон или сразу пачку?

 

Евгений Фёдоров: Они идут в разные комитеты, поэтому будем вносить "револьверно" - один, потом через несколько дней второй, через несколько дней третий и так далее.

 

Артём Войтенков: А можете вкратце перечислить – что за законы будете вносить?

 

Евгений Фёдоров: Самый крупный закон и важный принципиально – закон о статусе национального бизнеса. В этом законе как раз и прописано, что российские компании в статусе национального бизнеса. А это компании, у которых собственники в России, и кредитование в России в основном (контрольный пакет). Они должны иметь доступ к кредитным ресурсам на тех же условиях, как и европейские компании или американские – на 3-4% годовых. Для этого в этом пакете предусматриваем, что Центральный Банк им обеспечивает им этот режим. Для целей кредитования этих компаний Центральный Банк обеспечивает режим кредитования, как в европейских Центральных Банках, например.

 

Не надо меньше, потому что должно быть равенство. В будущем может быть и меньше, а сейчас должно быть равенство. Это означает, что вместо 20% у них должен быть доступ к кредиту 3-4% в результате. Это прописано подробно в законе. 

 

Этот закон несём в понедельник, а дальше – целая серия законов. О саморегулировании СМИ, наверно, будет второй. Мы сейчас закончили его обсуждение со СМИ. Не было ни одного крупного возражения на мою рассылку по этому закону. Были предложения по изменению – мы подправили, изменили, но ни одно СМИ побоялось возражать. Есть такая официальная процедура рассылки. 

 

Дальше

  • − Закон о семейной собственности.
  • − Закон о поддержке национальных товарных знаков.
  • − Закон о госслужбе, по которому госслужащий обязан информировать о наличии иностранных грантов своих начальников, в своих анкетах писать "был иностранный грант такой-то тогда-то", чтобы начальник мог оценить насколько этот грант может в его конкретном случае, конкретной работе, конкретной должности привести в состояние этого госслужащего, как иностранного агента. Грантополучатель это не иностранный агент, но как бы возможный иностранный агент, соответственно надо внимательней относиться к нему, к его работе и так далее.

 

Артём Войтенков: Обучение за рубежом это предусматривает?

 

Евгений Фёдоров: Да. Там сказано так: 

  • − Если это семинар за рубежом, то нет. Просто поехал на день.
  • − Если ты там полгода учился, как Навальный, то да.

 

Там ещё целая серия законов из этого ряда. Потом не забывайте – у нас по-прежнему в Думе висит закон, как мы условно называем, о национализации Центрального Банка, в Думе висит закон (он рассматривается, его не отклоняют и не принимают) о полном запрете имущества за рубежом. Потому что президент надавил, приняли часть. Эти все законы висят, мы от них не отказываемся. Закон о СМИ, иностранных агентов – это висят в Думе, мы их продавливаем, вокруг них идёт борьба уже здесь, в Государственной Думе.

 

Артём Войтенков: Кстати интересно по поводу этого закона о запрете имущества за рубежом и счетов за рубежом. Я посмотрел ролик, в котором Борис Миронов на презентации своей какой-то книги очередной выступает и рассказывает. Борис Миронов – бывший министр по печати и информации. Он обвиняет во всём Путина, говорит:

  • − Вот, смотрите, внесли закон о запрете имущества и счетов за рубежом. Закон был завален и Путин внёс о запрете только счетов за рубежом. Вот, смотрите, какой плохой Путин.

Вы вот рассказывали всю эту историю, а он поворачивается совершенно в другую сторону. Причём, а факты они действительно такие есть, что сначала был ваш закон, а Путин внёс свой и приняли его.

 

Евгений Фёдоров: И наш висит. Мы его не отзывали, не отменяли. Он находится в Думе на рассмотрении закона о полном запрете. Путину удалось пробить вопрос наполовину. Говорить, что Путин что-то не так сделал, всё равно, что обвинять Красную Армию, что она начала наступать на Берлин, а дошла только до Зееловских высот. И сказать, вот вы плохие ребята, только до Зееловских высот дошли. 

 

Это же борьба. Всё идёт в системе борьбы. Надо говорить тогда откровенно – Путину не хватает сил наступать так активно, с такими темпами, с такими результатами и победами, чтобы получать большие результаты в этой национально-освободительной борьбе. 

 

Теперь спросим – а почему у него не хватает сил?

Ответ: потому что в его войсках политических нет бойцов. Он команды даёт наступать, а команды некому выполнять, или поддерживать выполнение этих команд. Там есть какие-то небольшие инструменты, но их явно мало.

 

Дальше вопрос – где находятся миллионы, десятки миллионов граждан России, которые не хотят защищать и освобождать свою родину? Пусть эти миллионы граждан посмотрят, как в такой ситуации действовали их деды и прадеды, и плюнут в себя, я бы так сказал, потому что предательство народа налицо.

 

Артём Войтенков: Я не зря этот пример привёл. Вот человек хочет разобраться. С одной стороны он посмотрит нашу с вами беседу, в которой вы говорите, что мы колония, однако, Путин хороший, он с этим борется и приводите факты.

 

Евгений Фёдоров: Это не важно, какой Путин.

 

Артём Войтенков: С другой стороны человек посмотрит ролик Бориса Миронова, который говорит, что у нас продажная власть, мы хотим как лучше, а Путин вот со своей шайкой сверху, он всех наоборот, ведёт к погибели. Вот смотрите пример с этим законом. Вот сначала приняли закон о полном запрете имущества за рубежом, а вот Путин решил, что нет, это слишком сильно.

 

Евгений Фёдоров: Такой закон не принимали. Что он врёт? Дума приняла закон в первом чтении о борьбе с коррупцией, т.е. обманула, вообще говоря. Не об агентах и борьбе с агентами через имущество (вот фабула закона), а о борьбе с коррупцией. То есть просто тупо обманула. А для целей борьбы с коррупцией вообще другая логика имущества за рубежом. 

 

Путин просто вскрыл обман в рядах, в том числе и в Государственной Думы, в рядах "Единой России", откровенно говоря, - вскрыл обман. Этот обман отмёл и сумел частично восстановить позиции, внеся свой закон. Надо называть вещи своими именами.

 

Был антипутинский заговор в этом вопросе, который Путину удалось разбить, преодолеть. И теперь получается, что люди (не буду фамилии называть, которую вы назвали) находятся в рядах заговорщиков. А заговорщики это не думцы, которые этот закон внесли, боролись с Путиным, которые подменяли понятия, обманывали и так далее – не думцы. Заговорщики – Соединённые Штаты. Система – заговорщики. А думцы просто элемент этой системы. 

 

Вот вам конкретная площадка – Дума, на которой была борьба. 

  • − С одной стороны Путин вручную пытался победить в конкретном вопросе. 
  • − А с другой стороны Соединённые Штаты через свою систему влияния агентов на территории Думы, на территории, в том числе, "Единой России" боролись с Путиным.

 

Вот вам простой пример, как с Берлином и Зееловскими высотами. Что-то Путину удалось, разбив заговор, преодолеть, что-то – нет, потому что его народ не поддержал. Против него выступил этот Миронов, против него выступили откровенные американские агенты влияния типа Навального, типа министров, которые на их стороне. И, как эти волки на медведя, набросились целая огромная стая тысячи волков на одного медведя. Вот он что-то смог, что-то не смог. Вот так и было.

 

Артём Войтенков: Понимаете, это вам понятно. А для человека.. Мы берём один и тот же набор фактов. Сначала вносится более сильный закон, потом Путиным вносится более слабый закон.

 

Евгений Фёдоров: Давайте так. Сильный закон – наш. Мы внесли, он висит. Дальше внесли ложный, обманный закон, т.е. внесли закон в другом смысле, другой концепт – антикоррупция. Тем самым обманули Путина сразу. Путин раскрыл обманный заговор. Разбил заговор-обман и частично восстановил позиции, внёс правильный закон. Вот так.

 

Артём Войтенков: Да. Это вы объясняете. Но Борис Миронов объясняет по-другому. Что Путин решил, что это слишком сильный закон, слишком сильно зажмёт чиновников, не даст воровать – поэтому надо принять более слабый закон. И с точки зрения обычного человека, обывателя это тоже укладывается в его логическую схему.

 

Евгений Фёдоров: Нет. Не укладывается.

 

Артём Войтенков: Почему? Очень даже укладывается.

 

Евгений Фёдоров: Укладывается только когда об этом, о чём говорит Миронов, будут говорить тысячи СМИ. 

 

Артём Войтенков: Так они и говорят про это.

 

Евгений Фёдоров: Альтернативно никто не говорит. Это называется человекам, людям массово дурят мозги. И когда человек не вдумывается, он как болванчик кивает головой на зомбоящик. Тогда он только кивает. Как только он тратит немножко времени для осмысления происходящего, у него всё становится на свои места.

 

Всё просто. Система законов истории, управления – она стандартна, одинакова, она простая в своей основе. Она иерархична, многовекторна, многоярусна, но она простая.

 

И тут всё очень просто.

  • − Либо ты на стороне красных, либо ты на стороне белых, там в Красной Армии или в гитлеровской Германии в Великую Отечественную войну.
  • − Либо ты начинаешь придумывать сложные схемы, в результате которых ты через сложную схему борьбы с большевиками, как ты говоришь, со Сталиным, окажешься в рядах гестапо и убиваешь русских людей, которые борются за свободу своей родины.
  • − Либо ты окажешься в рядах Красной Армии и борешься с гестапо.

Вот всё просто. Хотя так закрутить тут можно всё, что угодно. Но в основе своей – простая вещь. 

 

Он же не говорит о борьбе с колониальным статусом страны. Не говорит. Он взял вдруг на ровном месте Путина, и вдруг на ровном месте начал обсуждать Путина и говорить "смотрите, Путин с утра вышел, не побрившись, вечером у него были жёлтые ботинки, потом он что-то не так сделал, значит, он плохой".

 

Артём Войтенков: Почему? Он законы принял.

 

Евгений Фёдоров: Не он принял. Я даже не говорю о том, что не Путин принимает законы. Законы принимает государственная машина, созданная Соединёнными Штатами, в которой Путин – гарант. Он не может сам производить решения управления. Он может только контролировать те решения и управления, чтобы они были конституциональные, которые принимает США, метрополия. 

 

Они там принимают решения, нам эти решения дают, и Путин смотрит и пользуется максимально своим ресурсом, как нотариус, который предвзято относится к бабушке, которую бандиты привели, посадили перед нотариусом и сказали – "вот эта бабушка дарит нам квартиру". Бабушка кивает. Нотариус обязан отдать квартиру. Нотариус понимает, что бабушку привели бандиты, они стоят за дверью, маячат. И она пытается бабушке втолковать, объяснить как-то не принять это решение, но она, нотариус, обязана это решение принять. Если бабушка с бандитами будет настаивать, обязан подписать, иначе этот нотариус нарушит свои должностные обязанности, будет уволен, он просто туда не попадёт на эту должность. Такая же история и здесь. 

 

Это просто прямая подмена понятий. Вместо того, чтобы обсуждать вопрос содержательный – колонии, не колонии, как освобождаться. И в рамках этого содержательного вопроса и возникает роль Путина. Начинают обсуждать Путина, Фёдорова, Петрова, Иванова, Сидорова с целью не обсуждать содержательный вопрос.

 

Вся система пропаганды, в конечном итоге, работает только над одним – не обсуждать вопрос о колониальном статусе страны. Как только начинается вопрос о колониальном статусе, возникают ответы – как из него выйти.

 

Артём Войтенков: Он не возникает, он не поднимается вообще.

 

Евгений Фёдоров: Вот это и вопрос главный. Поэтому задача Миронова здесь тоже в рамках этой работы. Просто так в ельцинское правительство не попадали, в девяностые годы тем более, когда было прямое американское назначение. Надо спросить у него, я, кстати, его лично уважаю. Многие вещи он правильно говорит. Надо у него спросить – сколько у него в министерстве над ним было американских советников. Вот сколько над тобой было американских начальников, когда ты был министром, которые тобой командовали и принимали вместо тебя решения. В том числе создавали этот закон о СМИ, который сейчас американцам подчиняется, информационную систему американскую пропагандистскую карательную. Вот это так сделано, система работает в таком ключе.

 

Самое главное здесь – запрещено именно говорить о статусе страны. Потому что как только вы называете статус страны, автоматически у миллионов людей в России возникает желание поднять свой семейный альбом с фотографией своего деда, который погиб под Берлином или под Курском, и для которого не было вопросов - на чьей стороне ему (этому деду) воевать: на стороне Красной Армии (советской армии), или на стороне гитлеровской Германии, гестапо. У него не было таких сомнений. А у его внука или внучки сомнения возникли - на чьей стороне ему воевать:

  • − На стороне национальных властей, у которых не всё получается, и у Сталина тоже не всё получалось, как у командующего.
  • − Или на стороне гитлеровской Германии под предлогом того, что Сталин отступил до Сталинграда. Раз он отступил до Сталинграда, конечно, надо воевать против плохого командующего Красной Армией. Такая логика. На этом всё сразу заканчивается.

 

Артём Войтенков: Видите, тут всё упирается в то, что СМИ контролируется внешними силами и используется в своих интересах.

 

Евгений Фёдоров: Естественно, мозги-то включать надо. Дедушка твой включал мозги?

 

Артём Войтенков: С дедушкой проще было. К вам НТВ приходило на днях. Вы с ними сколько беседовали по времени примерно?

 

Евгений Фёдоров: Там съёмки были. С полчасика, минут сорок. 

 

Артём Войтенков: И говорили вы примерно то же самое, что и сейчас.

 

Евгений Фёдоров: Я говорил на вопросы, которые они задавали. Что они выпустят – я не знаю. Я отвечал на вопросы. Там были какие-то конкретные вопросы конкретного характера. 

 

Когда работаем со СМИ, они задают вопросы и конкретным людям и в целом обществу. Они обществу начинают задавать вопросы:

  • − Давайте обсудим тему "голубых" говорят нам СМИ. С какой стати? Не понятно.
  • − Давайте обсудим тему "навального". Тоже не понятно почему.

И двадцать ресурсов (на том же РИА-Новости мы смотрели) в день начинают обсуждать почему-то про Навального. Почему? Не понятно. Как будто нет других событий в этот день, чем двадцать мелких, как Навальный побрился, поковырял в носу, как он почесал затылок и так далее.

 

Или в крайнем случае – погоду в Новороссийске. Вот что обсуждает СМИ. Хорошую погоду, не плохую, не шторм. Или какой-нибудь дурдом там – Дом-3, 25 и всё остальное. Вот что СМИ, они формируют повестку дня. 

 

И они спрашивают у людей, в том числе и у меня:

  • − Как вы относитесь к плохой погоде в Волгограде?

Вот это вопрос. И как вы в этом вопросе ответите о том, что Россия является оккупированным государством? Простая вещь. Вот ответьте. А если вы ответите не по сути, т.е. если ваш ответ не понравится, они вас просто вычеркнут, вот и всё.

 

У меня были передачи, в которых я выступал, а потом (мне даже смешно) на Первом канале было – всё, что меня показывали, это я представился. Реально. Я представляюсь. Там был ответ, какая-то дискуссия. В конце передачи осталось, что:

  • − А вы кто?
  • − А я Фёдоров
  • − Ну и хорошо, следующий.

Такое тоже было. Там иногда бывает – там по линии Путина продавливают в информационном пространстве, американцы там блокируют ситуацию.

 

Помню в НТВ в передаче участвовал крупной, и там, в конце передачи у всех было последнее слово. И я посмотрел многие передачи (с Хренниковым ведущим) – ни разу не было, чтобы кого-то лишили последнего слова. Мне тоже дали, но не показали, что просто исключительный случай. И на Российском канале было. Но это – пропагандистская машина. 

 

Они и Путиным так же. Они не показывают Путина. Они показывают своё представление, которое заложено американцами в их пропагандистскую матрицу о Путине, выдёргивая Путина для целей этого представления: его портреты, его отдельные слова, или переставляя его тексты. Это пропагандистская машина.

 

Они управляют Россией, а не президент (в общественном плане) или премьер, или кто-то. Они создают:

  • − представление об этих людях, 
  • − представление о России,
  • − и могут представление любое создать, как американцы скажут.

 

Наверно надо специальный закон написать, мы тоже попросили – о коррупции в СМИ, наверно так его назовём. Чтобы доходы публиковали, декларации. Чиновники же публикуют. Публикуют доходы госкорпораций. А вы знаете, что в СМИ месячные доходы у руководителей и заместителей несколько миллионов рублей ежемесячно, официально?

 

Артём Войтенков: Нет. Не знаю.

 

Евгений Фёдоров: Люди это не знают. Они там типа наезжают на министров, у которых там 200 тысяч с коэффициентом. Наезжают на "золотые парашюты". Корпорации я имею в виду, не частные. Там у простых исполнителей миллионы рублей в месяц, официально.

 

Гигантские бюджеты не случайны. Это – плата за американскую лояльность. 

 

Артём Войтенков: Понятно. За такую зарплату будешь держаться.

 

Евгений Фёдоров: Ты за неё будешь биться. Они же знают. Ты хочешь иметь такую зарплату, ты там какой-то мелкий ещё работник телевидения, например. Ты знаешь, что у твоего начальника зарплата миллионы. Который не собственник, а исполнитель. Собственники там отдельная история. И ты будешь биться за эту зарплату, и идти по карьерной лестнице. Тебе, чтобы получить эту зарплату, надо будет предать свою страну, и ты её предашь. А если ты её не предашь, предаст твой сосед в твоём отделе, конкурент. Вот их там тысяча человек, и чтобы стать начальником, надо предать родину и тогда ты будешь начальником, за хорошую зарплату. И тогда у тебя семья будет довольна и всё будет здорово. Вот так это всё работает. 

 

Артём Войтенков: А начальник, получая такую зарплату, будет за неё держаться, и знает, что его в любой момент могут сковырнуть и найти сотню желающих.

 

Евгений Фёдоров: Которые под ним каждый день в глаза смотрят. Но он уже начальником стал, потому что он ещё до этого проехал Америку, получил там подготовку, гранты и так далее. Это всё – совокупные вещи. А добавьте к этому, что, допустим Первый канал – 80% денег, которые имеет Первый канал, распределяются под контролем американцев. От той же рекламы. При Первом канале коммерческий директор выезжает за границу. За границу выезжает, например, Газпром, который заказывает рекламу, например, там и остальные. И за границей под американским контролем, под контролем американских рейтинговых агентств заключает договор о финансировании канала за счёт рекламы.

 

То есть, деньги российские, даже Газпрома, например. Канал российский, а, получается – платят американцы. Если они увидят, что вот эти все фильтры прошёл человек, каким-то чудом, который им не подчиняется, - они просто канал этот уничтожат, обанкротят. Это уже совсем крайний случай. Он же не идиот, он не пойдёт против системы, он же понимает откуда деньги идут. Это – многоярусная система контроля за пропагандистской машиной, с которой никто не соскочит. Жёсткая, многоярусная система.

 

Не случайно Путин публично поднял вопрос (ни с того, ни с сего), когда с Кулистиковым, и говорит:

  • − Вот вы Кулистиков – агент ЦРУ
  • − Да, агент ЦРУ.
  • − Видите, сказал Путин. У нас такая демократия, что в СМИ у нас агенты ЦРУ, а не просто либералы, а уж военные агенты.

Потому что колония Россия (это я добавляю). Понятно – где ещё военные агенты иностранного государства могут быть начальниками ключевыми? Только в колониях, статус колонии – понятное дело.

 

Набор, редакция (обработка) текста: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

 
Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (1333 мб)
Видео MP4 640x360 (478 мб)
Видео MP4 320х180 (262 мб)

Звук:
( мб)
( мб)
Звук 64kbps MP3 (42 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (43.73 КБ)
FB2 (153.43 КБ)
RTF (478.49 КБ)